На танцполе возле пилона, под бравое завывание толпы я с расстегнутыми джинсами и уже без футболки недвусмысленно потирался о шест пятой точкой. Вот сука! Радостно скалясь и стараясь удержать плавающее сознание, я сделал пару эффектных круток и «ушел в пол». Так, теперь идти ровно до столика по пути, стараясь удержать на себе джинсы, которые пытались стянуть воодушевленные моим добровольным стриптизом девчонки из зала. Где ж моя футболка, а? Вернувшись за столик, я понял, что лучше бы оставался на пилоне, так как мне сразу вручили бокал с очередной дозой «оборотного зелья», которое превращает меня из человека разумного в похотливое нечто.
Малецкий же с упоением мял попу какой-то девушки, которая, усевшись на его колени, буквально пожирала его рот. Захотелось подойти и ебануть эту девушку с той же улыбкой идиота, которая как приклеенная сидела на моем фейсе с самого начала. А что? Блядь, идиотам же скидка? Я смотрел на эти длинные пальцы, вцепившиеся в округлые ягодицы девушки, и меня нереально разрывало от желания.
Как же я его хочу, до электрических прострелов по телу, до глубокого жжения где-то в груди, до твердокаменного стояка. Так, Тим, дыши спокойно, пей минералочку и не смотри ты на него. Аххххууу… Какой мудак в стакан из-под воды налил водки? Мир вокруг меня перешел в другую реальность. Он медленно крутился, отгороженный от меня звуконепроницаемым барьером, и только мысль о том, что в таком состоянии наделать глупостей не получится точно, несказанно радовала меня, расцвечивая фейс счастливой улыбкой полного идиота.
Дрова. Вот оно как значит быть «в дрова». Костик, подхватывая мою недвижимую тушку, тащит куда-то сквозь толпу, и на улице моя прострация отступает, позволяя мычать в ответ что-то про дом и минералочку. Вернуться в клуб? Хуй вам! И я с отчаянием смертника вцепился в железные прутья ограды и с благоговением прижался к холодному столбу. Никуда я не пойду, мне и тут хорошо – ветерок, холодная оградка. Костик, поплясав для приличия вокруг, сдался и занырнул опять в чрево клуба.
Ну зачем меня отдирать от оградки? Я, между прочим, только за счет нее еще на ногах. Я открываю глаза и смотрю на бешеного Малецкого.
– Отцепись от забора, пьянь.
– Зачем?
– Костик, его надо забирать.
– Куда, блядь, его забирать? Меня родители не то что кастрируют, они меня реально по кусочку кастрировать будут за то, что его так накачали. Я говорил тебе, чтобы его не спаивали.
