Анна медленно открывает глаза и встречает яркое солнце над бескрайним морем. На её лице проступают знаки старческой усталости — глубокие морщины, посеребренные сединой в холщовой рубахе, словно отражение волн на тихом море. Старик, полон тепла и заботы, внимательно следит за ней, готовый поделиться своим жизненным опытом....
Руки начинали ныть от раскатывания лепёшек, и мне на выручку пришел Луис.
– Иди ка ты жарить, а тестом я сам займусь. – В ответ я улыбнулась самой благодарной улыбкой.
Готовка подходила к концу, и запах еды привлекал все больше изголодавшихся людей. Они ничего не требовали, просто в какой то момент, я обнаружила оживление возле кухни. Значит пора!
– Девочки! Надо найти тарелки и ложки и начинаем кормить людей! – Столов у нас, понятное дело не было, но земли то рядом вон сколько. Хоть садись, хоть ложись.
Мои помощницы заулыбались и рассредоточились по телегам в поисках посуды. Вот она - трудотерапия в действии! Голодные, измотанные, только что освободившиеся из плена, а уже улыбаются.
А дальше одна из них громко заголосила, приглашая всех за едой. Благо к тому времени у меня уже была готова приличная гора лепёшек. Но мы с Луисом ни на минуту не останавливались. Мои руки покраснели и опухли от ожогов, ничего, вот пожарю всё лепешки, и на час опущу руки в прохладную воду.
Обойду озеро с другой стороны, скину одежду и прямо с головой, да задержав дыхание… Партия лепёшек не разделяла моего восторга, и сверх меры поджарилась. А ничего, сама съем и пленникам раздам.
ГЛАВА 11
Первыми на зов подошли бывшие пленники. В изорванной одежде, грязный и с голодным взглядом. Они создавали суету, обступили телегу, возле которой давали еду, плотным кольцом и заглядывали друг другу через плечо. Таким образом тем, кто уже получил тарелку с супом и лепешку, было сложно пробраться на выход.
– Амадо! Подойди пожалуйста. – Помощник только что отнес тарелку супа с лепешкой сестре и намеревался сам поесть. Но у меня были другие планы на него. И я попросила отнести суп раненым. Он оглянулся на сестру и кивнул в ответ. Я проследила за его взглядом и получила обжигающий ненависти ответный.
Тем временем Амадо повесил на толстую палку котел, и вдвоем с Раулем, третьим поваром имперцев, они осторожно двинулись в сторону лазарета. Следом за ними две женщины унесли тарелки, ложки и лепешки.
А очередь на раздачу все увеличивалась.
