В Москве, в Склифосовском, одном из крупнейших хирургических центров Советского Союза, за годы работы тысячи пациентов становятся примерами выздоровления — архивные документы рассказывают о невероятной практике. В этой части повести автор постепенно раскрывает историю, как здравоохранение шло к совершенству и сталкивалось с трудностями, отражаясь в личных судьбах врачей и пациентов....
- Как хорошо! – мама присаживается к нему на рядом стоящий стул: - Если Вам не трудно, когда вылечитесь, сделайте фотографии врачей и медсестер отделения. Мне хочется показать их в Саранске.
- С удовольствием, для меня это не составит никакого труда. Соглашатся ли они? Вас с Сашей смогу сфотографировать в любое время. Скажу Наталии и она принесет фотоаппарат.
Почти кричу:
- Нет! Меня не надо! Как вылечусь, тогда пожалуйста.
- Хорошо. Я ближе к выписке переговорю с Александром Анатольевичем. Думаю, сотрудники отделения все же согласятся, а тебе, Саша, оставлю свой адрес.
12 марта 1970 год.
Виктор Иванович выполнил просьбу мамы – сфотографировал сотрудников нашего хирургического отделения. Согласились все.
В центре фотографии Александр Анатольевич, чуть в стороне за его спиной улыбающиеся медсестры Тани с Татьяной Александровной, по правую руку от руководителя отделения, доктор - Тамара Михайловна, следом медсестра – Нина Сергеевна, далее скраю «светиться» как солнце раздатчица – Таисия Ивановна. Ольга Осиповна, прислонилась к Александру Анатольевичу слева.
В начале марта, Виктор Иванович выписался по выздоровлению. Мама получив долгожданную фотографию, уехала на неделю в Саранск.
Утро – начало рабочего дня. Одному в палате скучно, а за дверью слышатся оживленные голоса. Очистив раны и привязав к животу пеленку, встаю. Незначительная слабость – не смущает: «Интересно, что там в коридоре?».
Выхожу. Невдалеке столик дежурной медсестры. За ним сидит Таня черненькая, возле нее стоит Татьяна Александровна – весело с эмоциями, что-то ей объясняет.
Подхожу.
- Здравствуйте! Сегодня так шумно в коридоре. Почему?
Доктор, улыбается:
- Сашуля, сегодня юбилей Александру Анатольевичу – ровно 50 ему.
Вдруг мои ноги делаются ватными– подламываются и я падаю. Слова Татьяны Александровны отдаляются. Звон в ушах и темно. Открываю глаза – лежу на кровати в своей палате. Возле моего носа, в руке у Тани, ватка с резким запахом нашатыря, в другой пустой двухграммовый шприц.
Рядом Татьяна Александровна.
- Напугал ты нас.
