Автор
Ваш отец оставил вам сестру. Вы чувствуете холод и темноту даже в ясный день. Это не просто поворот страницы – это глубокий шрам в сердце. Встряхивая головой, вы пытаетесь понять новый мир после смерти отца, где всеми правами владеет тень.
Марк подмигивает мне, а я не могу сдержать улыбку.
Неужели он прав?
По крайней мере, руки Руслана очень явственно сжимаются в кулаки. И челюсть так и хрустит.
— Смотри, перехватчик. Не всегда вокруг так много людей будет. Мила. Иди сюда.
Рус обвивает мою талию обеими руками. Его ладони сжимаются на моем животе.
И мне вдруг становится спокойно. Я просто вдыхаю его запах. Откидываюсь на крепкую грудь головой. И в этот момент точно знаю. Все будет хорошо. Не уверена, конечно, в том, что слова Марка действительно правда, но… Рус не обидит меня.
— Ты не замерзла?
Руслан сбрасывает свой пиджак и закутывает меня по самый подбородок.
— Сейчас будет фейерверк, а после сможешь лечь спать.
— Одна?
— Я проведу тебя и спущусь. У меня еще незаконченные дела.
Фейерверк теперь меня совсем не радует.
Ядовитая ревность растекается по венам.
Он снова собирается не ночевать со мной в одной комнате? К кому пойдет? К Марго?"
"— Руслан, почему ты мне не сказал, что она тоже здесь будет? Вообще не понимаю, зачем понадобилось ее приглашать! И уж тем более, приглашать с ночевкой.
Решаю не молчать, когда мы оказываемся в спальне.
— Ты ревнуешь?
Руслан насмешливо вздергивает бровь, а я почти до крови закусываю губу.
Да. Да, черт возьми! Я ревную!
Хоть на это у меня нет никаких прав, а все же…
— И тебе не кажется, что если ты сейчас уйдешь, то все начнут шептаться о том, что ты бросил молодую жену?
— Мила. Я не понимаю. Ты пытаешься мной манипулировать? Начинаются женские капризы.
Конечно. Все верно. Все так и есть.
Только почему у меня сердце колотится, как ненормальное?
— Я не понимаю тебя, Мила. Ты сама меня оттолкнула. Чего теперь ты хочешь? На женские капризы я не подписывался.
— Рус. Подожди.
Он разворачивается к двери и уже открывает ее.
А меня вдруг насквозь пронзает острая боль.
— Мила. Давай оставим все в рамках договора, и…
— Рус.
Черт. Я сгибаюсь, потому что низ живота вдруг простреливает острая боль, и…
— О, Боже. Это кровь! Кровь, Рус!
Замечаю несколько капель на светлых чулках.
— Мила. Если это такой способ привлечь мое внимание и попытаться мной вертеть, как…
— Рус, я беременна! Это ненормально! У меня, кажется, выкидыш!
Хватаюсь за живот, который скручивает спазмом.
Кажется, каждая секунда превращается в вечность!
Боль, и… И перед глазами только его лицо.
