Автор
Андрей Сотников готовится к свадьбе, но каждое слово о радости новой жизни рушит сердце его бывшей любовницы. За сто лет он не смог забыть ее, даже после столько времени, как будто смерть не могла уничтожить то, что она сделала.
Как можно обижаться на человека, который всю ночь дарит тебе поцелуи, рисует пальцами на твоей коже только одному ему понятные рисунки и раз за разом доводит тебя до исступления?
Уже под утро, засыпая, я вдруг поняла, что он чертит на моём животе. «Моя» — выводили его пальцы. Словно клеймо. Печать. Право обладания. И от этого — дрожь. Какие-то совершенно нереальные ощущения. Ещё большая эйфория, чем от бесконечных оргазмов, от которых я теряла голову и утомилась.
Но уже тогда я понимала: с Сотниковым будет не скучно.
Я так и осталась с ним там — в большой квартире с высокими потолками, где из жилого пространства лучшими местами были мансарда под крышей и кухня.
Ночью Андрей укрывал меня одеялом. А утром принёс завтрак в постель. Немного лохматый, в джинсах и с голым торсом.
— С добрым утром, Маш, — поцеловал он меня в щёку.
— Мне бы в душ, — пробормотала я, натягивая одеяло до носа.
При свете дня я жутко стеснялась. И плевать, что ночью он видел меня всю, от макушки до кончиков пальцев на ногах. Что везде побывали его руки и губы. Что он чертил пальцами на моём животе «моя».
— Пойдём, — поставил он поднос на древний комод и легко протянул руку.
Я замешкалась. Он улыбнулся.
— Хорошо. Сделаем так. Я отвернусь. И подглядывать не стану.
Он так и сделал — отвернулся.
А потом лихорадочно натягивала на себя вещи, понимая, что нет ни смены белья с собой, ни зубной щётки.
Полотенце Андрей мне выдал. Зубная щётка, запакованная, стояла в ванной комнате в прозрачном пластиковом стаканчике.
— Я купил, пока ты спала, — прокомментировал он, целуя меня в затылок.
Я сглотнула ком, что застрял в горле. Никто и никогда обо мне не заботился.
Сотников пускал меня в свою жизнь — вот так просто, вот так легко, будто так и надо. Без сопротивления. Без отстаивания собственной территории. И я позволила себе верить, что это серьёзно. Навсегда. Так, как бывает только в сказках.
Мир Андрея Сотникова мне нравился. У меня был выходной, и я имела возможность к нему прикоснуться.
Он работал.
