На кровати после долгих родов, глаза геройницы сияют как звезды. Однако это мирное состояние недолго: тревожные взгляды окружающих и предупреждения врача только усугубляют ее беспокойство. Только спустя долгое время она может проконцеровать, что все обошлось благополучно, но эта ночь оставит неизгладимый след в душе герояницы....
Она смотрит на меня долгим взглядом, словно оценивая, а потом спрашивает.
— Этот дракон, ведь ты его знаешь, Элис?
34
— С чего ты взяла? — спрашиваю я.
— Не так уж трудно догадаться. Но я не хочу выпытывать твои тайны. Можешь держать их при себе. Ты меня спасла и я в любом случае пойду туда, куда скажешь. Решения, которые я принимала в своей жизни, редко приводили меня к чему-то хорошему. Так что, я, пожалуй, доверюсь тебе.
Я смотрю в ее честные, пронзительно голубые глаза и ловлю себя на том, что мне совершенно нет никакой нужды умалчивать что-то, или утаивать от Клементины.
— Он мой муж… Точнее, бывший муж. Он отец моих детей и тот, для кого я теперь мертва. Он тот, из за кого я оказалась здесь. Он тот, кто заплатит за то, что сделал со мной.
Я слушаю собственный голос и он кажется мне непривычно жестким, совсем не таким, каким я привыкла его считать.
"Теперь я чувствую, что это мой личный голос. Непривычный, свободный и одинокий. Я одновременнно и рада этому и ловлю себя на том, что отчаянно тоскую по своей прошлой жизни. Буду ли я еще счастлива в своей жизни хотя бы на малую долю от того, счастья, что у меня было, когда я была любимой женой, матерью, которая в любой момент могла прижать к сердцу свою дочку, или прильнуть к мощной груди мужчины, которого считала нерушимой стеной, оберегающей меня от всех опасностей?
— Значит я поняла все верно, — говорит Клем задумчиво, не спуская с меня глаз, — и жена нашего князя, о которой он так горевал, на самом деле не умерла во время родов.
— Он посчитал, что я изменила ему, потому что я родила ему вторую дочь, а он желал видеть сына. Наследника, который так нужен ему, чтобы занять место советника при короле.
— Подонок, мерзкая крылатая тварь без души, — тихо и злобно говорит Клем, обнимая меня, — я бы сама ему глаза выцарапала при встрече… Значит он теперь летает здесь и ищет тебя? Неужели передумал и решил вернуть обратно?
— Элис Стормс мертва для всех.
— А инквизитор? Ему известно кто ты такая?
— Не думаю, — говорю я, в который раз сама себе задавая этот вопрос. — Не похоже было на то, что он догадывается. Во всяком случае я не заметила.
