Венецианская эпоха революционизирует военную тактику и политическую манеру, а история Александра Македонского раскрывается как призма света в дымке тьмы этого века. Измены, любовные страсти и завоевания на Имперском Поднебесном соприкосаются в этой исторической опере....
Она последовала его примеру.
— Линдси, — проговорила Зовастина, — пора вам отправляться со мной.
— Ни за что. — Он попятился по направлению к Стефани. — Я с вами никуда не пойду.
— У меня нет времени на пререкания, — сказала Зовастина и подала знак одному из гвардейцев.
Тот кинулся к Линдси, который продолжал пятиться к открытой потайной двери. Эли сделал вид, что хочет поймать ученого, но, когда подбежал солдат, он толкнул Линдси на него, а сам прыгнул в потайной проход и захлопнул за собой дверь. Солдаты вскинули оружие.
— Нет! — крикнула Зовастина. — Пусть идет. Мне он больше не нужен, а этот дом скоро сгорит до основания.
Малоун шел по лабиринту комнат, переходя из одной в другую. Коридор, затем комната, затем снова коридор, затем новая комната — и так далее. На пути ему никто не встретился, но он постоянно ощущал запах пожара, бушующего на верхних этажах. Большая часть дыма поднималась к третьему этажу, но пройдет не так много времени, и воздух внизу тоже будет отравлен продуктами горения.
Он должен был найти Кассиопею.
Малоун дошел до комнаты, которая напоминала просторную кладовую, и, заглянув в нее, обнаружил нечто необычное. В ее задней стене зияло отверстие размером с дверь, а за ним тянулся коридор, освещенный тусклым светом слабых лампочек. Из этого коридора послышался звук шагов. Они приближались.
Малоун крепче сжал автомат и распластался вдоль вонючей липкой стены рядом с входом в кладовку. Быстрые шаги звучали все ближе. Он приготовился. Кто-то вышел из кладовки.
Одной рукой Малоун впечатал тело незнакомца в стену, а второй, держа указательный палец на спусковом крючке, прижал дуло автомата к его челюсти. На него смотрели яростно блестящие голубые глаза. На молодом красивом лице не было никаких признаков страха.
— Кто вы? — спросил Малоун.
— Эли Ланд.
92
Зовастина была довольна. Она заполучила Линдси, все научные данные Винченти, могилу Александра, снадобье, а теперь еще и Торвальдсена, Кассиопею Витт и Стефани Нелле. Недоставало только Малоуна и Эли Ланда, но они для нее уже не имели значения.
Зовастиной было необходимо вернуться в Самарканд и лично контролировать проведение тайной военной операции, которая скоро начнется. Ее задача здесь была выполнена с блеском.
