В глухой галереи, на фоне заспящей свитки и живописных шедевров, мужчина жестко кричит об измене. Лина чувствует удар в животе, но досада берет верх над болью, когда она осознает неправоту этих слов. Отчаянье и решимость окутывают ее, готовясь начать новую жизнь с чистого листа....
Разлепляю высохшие губы:
— Где мы? — хрипло спрашиваю я и не узнаю свой голос.
— А все там же, Айлин, в чертогах твоей души. В той части, которую уже успела захватить метка проклятого бога, — слышно, что мужчина снисходительно улыбается, как будто говорит с маленькой глупенькой девочкой. — Эта драконица сослужила отличную службу, когда, мало того, помогла мне проникнуть в замок к черному дракону, так и впустила в твою душу.
Делирия… Неужели это все из-за ревности? Все из-за того, что, когда она уже была уверена, что Рэгвальд женится на ней, даже несмотря на слабое свечение амулетов, появилась я.
— Кто вы? — практически одними губами спрашиваю я.
— Я же даже не представился, — ухмыляется лекарь. — Я истинный наследник клана Орланд.
С него спадает плащ, и передо мной появляется самое настоящее чудовище. Он не человек и не дракон. Даже не такой, как Делирия.
От этого вида я сначала теряю дар речи, а потом до меня доходит, что он сказал.
— Истинный? О чем вы? — я вообще не понимаю, к чему это. — У Рэгвальда не было братьев.
Он разражается пугающим смехом.
— О, нет. История сложнее… Когда-то его предок решил, что его жена, дарованная богами, не хороша! Ему срочно потребовался наследник! — в голосе появляется давно затаенная злоба и обида.
"Я начинаю понимать, что где-то я подобное уже слышала, а потом до меня доходит: мне об этом уже рассказывала Делирия. То есть это все — правда? Это, действительно, все произошло?
— Периодически приходил «скрасить время» к первой жене. А потом и понял, что понесла она от него. Совет долго думал, что же делать, как рассудить эту ситуацию.
Я в ужасе слушала его и понимала, что подобная судьба могла грозить и мне.
— Но моя мать выжила. Воспитала. Вырастила и меня, и мою ненависть к клану Орланд с их ублюдочными наследниками, — в голосе появляется рык и ярость. — И да, я по твоим глазам вижу, что ты поняла. Я мечтал отомстить. Жил этим, горел этим.
