В глухой галереи, на фоне заспящей свитки и живописных шедевров, мужчина жестко кричит об измене. Лина чувствует удар в животе, но досада берет верх над болью, когда она осознает неправоту этих слов. Отчаянье и решимость окутывают ее, готовясь начать новую жизнь с чистого листа....
Нашел помощь и поддержку у проклятого бога, который забрал у меня человеческую сущность, но дал практически бессмертие.
Проклятый бог… Пьяная Делирия… Так метка на моем амулете — ее рук дело при поддержке этого лекаря? И она ради своего безумного желания пожертвовала своей драконицей⁈ Ох!
— Но знаешь, Айлин, я выиграл гораздо больше, — он приближается, а вместе с ним усиливается запах разложившийся плоти. — Твоя светлая сила оказалась не только вкусной, но и очень полезной для проклятого бога. Слышать драконов и оборотней, управлять ими — это власть.
Мужчина протягивает вперед руку и касается кинжалом с черным лезвием моей груди там, где обычно висит амулет, а меня пронзает дикая боль.
Глава 51
Кинжал
Выныриваю из ослепляющей боли, беззвучно ловя ртом воздух. Ощущение, что темнота вокруг расступается. Отползает назад, будто свет делает ей больно. Темнота шипит, пытается нападать на свет, но у нее не выходит.
Удавка на моей шее становится слабее, но я все еще связана по рукам и ногам.
Я не сразу осознаю разумом, зато почти сразу чувствую. Тепло. Защиту. Уверенность. То, чего мне так не хватало в последнее время.
Не слышу звука шагов, зато ощущаю, что мне становится легче дышать, что жгуты, удерживающие меня, становятся все слабее и слабее.
На мои запястья ложатся уверенные ладони. Чуть шершавые. Горячие. Сильные. Родные. От этого касания по всему телу пробегает дрожь, а из глаз впервые текут слезы.
Рэгвальд. Он нашел. Он все-таки нашел меня…
Легкими, ласковыми прикосновениями Рэгвальд снимает окончательно жгуты с запястий, а с ног они опадают сами. Я обессиленно оседаю в кольцо заботливых рук, которые подхватывают тут же и прижимают к себе.
— Айлин, — шепчет Рэгвальд мне в макушку.
Я жмусь к нему, вдыхая его аромат, понимая, что вот он, рядом, он пришел за мной даже туда, где, по словам лекаря, меня было невозможно найти. Без амулетов. Без требований.
— Как это мило, — наконец, раздается голос лекаря. — Ослепленный дракон все же прозрел. Много же тебе времени на это потребовалось.
Он расправляет крылья и выходит из тьмы, которая продолжает отступать.
