В глухой галереи, на фоне заспящей свитки и живописных шедевров, мужчина жестко кричит об измене. Лина чувствует удар в животе, но досада берет верх над болью, когда она осознает неправоту этих слов. Отчаянье и решимость окутывают ее, готовясь начать новую жизнь с чистого листа....
Рэгвальд отходит к окну и складывает руки за спиной. Понимаю, что я слишком долго задерживаю на нем свой взгляд. Но я не могу оторваться, потому что меня до сих пор завораживают его широкие плечи, подчеркнутые идеальным кроем сорочки. Его камзол же так и остался где-то в столовой…
Демоны! О чем я думаю?
— Так вот, — дрожащими руками поправляю юбку, чтобы лучше прикрыть ноги, и облизываю губы, пересохшие от волнения. — Леди Делирия сделала Вашему Величеству очень неоднозначный подарок. Я понимаю, что это можно было расценить как скрытую угрозу… Но у этих цветов есть способность не только заглушать одну из ипостасей, но и пробуждать ее.
Керни отталкивается от дверей и приближается ко мне. В глазах — надежда и в то же время недоверие.
— И вы… Знаете этот способ? — напряженно, немного сдавленным голосом спрашивает он.
Рэгвальд пытается казаться расслабленным, но судя по тому, как сжаты его кулаки и проступают рельефные мышцы спины сквозь сорочку, понятно, что это напускное, и он внимательно вслушивается в разговор.
— Знаю, — я медленно киваю. — Матушка была искусным магом-зельеваром.
Я говорю и прикусываю язык. Вот глупая! Слишком. Слишком много пересечений со мной настоящей, с Айлин. Но сказанного не воротишь.
— Правда? — удивляется Керни. — Как жаль, что в свое время ее не приблизили ко двору. Возможно, тогда Диких было бы меньше…
Я задумываюсь над этим.
Решаю довериться велению сердца."
"— Можно посмотреть, как зелье сработает на том Диком, которого вы поймали, — предлагаю я.
— Значит, так тому и быть. — Керни направляется к своему столу и сразу же что-то записывает. — Я подготовлю все для того, чтобы завтра с самого утра мы могли начать работу. Но сегодня вам надо отдохнуть.
