Не думать. Не жалеть. Не любить. Авилина сидела на скромной кровати, её тело устало от неудобного положения. Её взгляд не давалось затеряться в сонном пространстве: она видела генерала и его "сестру", которую когда-то называли ближе к сердцу.
"
"За дверьми послышались голоса, и дверь сотряслась от ударов. Альф резко обернулся, пытаясь понять, что происходит, когда внутрь ворвались несколько девиц в бальных платьях.
— Мы приехали сюда издалека, — заявила одна из них. — Чтобы попытать счастья стать императрицей.
— Да, — согласно поддакнула вторая.
— Тот, кто затеял это, бежал, — пытался вразумить их один из солдат.
— Но император здесь, — хищно улыбнулась эльфийка, смотря на Альфа. — Пусть и другой. Так что пусть закончит начатое братом.
У Альфа сжались внутренности, и он с удивлением уставился на Леотарда, пробирающегося сквозь толпу эльфиек.
— Предлагаю принять их, прежде чем они разнесут твой замок.
— Но Ави…
— Я знаю, мы что-нибудь придумаем, — шепнул ему Лео.
Глава 41
Капюшон норовил упасть, но Найл сумел вывернулся, подныривая под широкоплечего эльфа.
— Это не гостеприимно, Ролан, — пожурил его, используя магию, и парень тут же рухнул на колени, придавливаемый мощным порывом ветра. Наконец, в дверях показался старик, и Найл небрежно отодвинул его в сторону, проходя в неприглядный дом.
Он видел бедность. Она бывает разной. В основном такой. Но есть и другая, благородная что ли. Когда у эльфа нет за душой ни гроша, но место, где он живёт, можно назвать домом. Здесь же был какой-то хлев. Четыре стены и прохудившаяся кровля, которая того и гляди обвалится в любое время.
— Надеюсь, ты помнишь, что задолжал мне услугу, — Найл остановился в месте, куда не падал дневной свет.
Ролану удалось подняться с места, но Найл остановил его.
— Пожалуй, тебе лучше погулять, — одним взмахом руки он закрыл дверь прямо перед лицом парня, и повернулся к Дикроалю. — Мне нужна твоя помощь.
Авилина сопротивлялась усталости, сидя в шипах неизвестного ей растения. Она устала держать спину прямо, но как только пыталась облокотиться назад, острые носы лиан впивались через ткань в кожу, вызывая боль и жжение. Неужели, глупость, которую она совершила не так давно, погубит её и ни в чём неповинное дитя? Невыносимо хотелось плакать, жалея себя, но стоило беречь силы. Потому что, как только она впадёт в уныние, перестанет быть уверенной в себе.
