Автор
За мной следят. Меня сбрасывают со счетов. Я возвращаюсь домой и продолжаю пить горький чай, пряча телефон за спину. Слова "Макс не мог нас найти" разносятся по городу среди толпы, я чувствую себя затерянной здесь, но знаю, что он далеко.
Его усыновили.
Аленка внезапно веселится:
— Влада усыновил брат Сергея. Так что все в порядке. Как говорится, по квитанции корова рыжая одна… — снова смеется, довольная своей шуткой.
Я не узнаю ее. Словно с того света вернулась не она, а злобный демон в ее обличии.
Наверное, надо было обрадоваться, что подруга жива, благодарить бога за то, что случилось «чудо», но вместо этого я чувствую липкий холод и страх.
***
— Ален? — зову ее.
Голос звучит так жалко, словно я котенок, которого выкинули в лужу, и он барахтается там, пытаясь не захлебнуться.
Подруга перекидывает взгляд на меня, и ее лицо меняется, губы растягиваются в ухмылке:
— А что это у нас с личиком?
— Как…
— Как у меня дела? Отлично!
У меня проблемы со словами. Кажется, я от шока забыла все, что только можно забыть. Не могу задать ни одного вопроса, мысли, как тараканы разбегаются в разные стороны.
— Мы же тебя похоронили. Я видела…
— Что ты видела? Как пустую коробочку в землю закапывают? Слезки, наверное, лила, страдала, — кривит жалобную физиономию, а у самой глаза так и полыхают, то ли от радости, то ли от злорадства, — бедолажка.
— Я не понимаю. —Я действительно не понимаю, как это возможно. — Как ты смогла это провернуть? Больница, похороны…
— Что с похоронами? Вы сами все организовали, молодцы, даже последнюю волю «усопшей» выполнили.
Мы и правда ее выполнили. Хоронили в закрытом гробу, потому что незадолго до «смерти» бедная, несчастная Алена, лежа на койке и сжимая своей ладошкой мою, умоляла об этом. Говорила, что ей страшно, что хочет укрыться, спрятаться.
Я тогда ревела, как белуга. Размазывала слезы по щекам, ни черта не соображала и клялась, что сделаю все, как она хочет. Все, что угодно.
— Но врач… как он мог на такое пойти?
— А что врач? Я его грешки знаю. Жена у него – ой, какая строгая, а родители у нее и вовсе при власти. Если узнают, чем он занимается, когда с друзьями «на рыбалку» ездит, на кол его посадят. Там брачный договор такой, что в случае измены мужик в одних трусах на улицу пойдет, да еще и без работы останется.
Она задолбалась?
Мы места себе не находили, на стены бросались от бессилия и горя, а она задолбалась?
Я отказываюсь это принимать. Бред какой-то. Я точно сплю. Сейчас глаза открою и снова окажусь в комнате загородного дома.
