Кроме того, после первого же дня форсированного марша воздухоочистители двигателей оказались настолько запылены, что это грозило вывести их из строя. В общем, отдыхать этой ночью нам почти не пришлось — пока закончили техобслуживание, пока поужинали и легли, кажется, только заснули — уже будят: строиться на митинг. Кое-как, экономя воду, умылись и собрались возле своих танков — еще затемно. На митинге выступил член военного совета нашей 6-й Гвардейской танковой армии генерал Туманян — еще раз напомнил о первой русско-японской войне и об агрессивной сущности японского империализма, пожелал нам успеха.
После чего, впервые за все время моего пребывания фронте, до нас была доведена — в общих чертах — боевая задача. Нам предстояло за двое суток пересечь обширный (более 300 километров!) пустынно-степной район между границей и горным хребтом Большой Хинган, еще за два дня преодолеть его и выйти на Центрально-Маньчжурскую равнину; затем, развивая наступление в юговосточном направлении, овладеть городами Порт-Артур и Дальний — с тем, чтобы не допустить отхода главной группировки войск Квантунской армии из Центральной Маньчжурии на юг.
Среднесуточный темп наступления определялся в 80–90 и более километров — такого в истории еще не бывало. Кроме того, впервые в военной практике танковое соединение должно было действовать в первом эшелоне фронта."
"Границу мы перешли в 4 часа утра 9 августа, без огневой подготовки, не встретив организованного противодействия противника.
Лишь часа через два в небе появилась пара японских самолетов, но их сразу же перехватили наши истребители, не позволив сделать заход для атаки. Вообще, наступление явно застало самураев врасплох — на этом направлении они так и не смогли оказать нам ожидаемого упорного сопротивления. Так что главным нашим противником были не японские войска, а климат и рельеф местности. К полудню, когда температура поднялась до 45 градусов, а солнце так накалило броню, что она обжигала даже сквозь одежду, у нас появились первые потери — от перегрева и солнечных ударов начали выходить из строя стрелки, сидящие десантом на наших танках, а затем и члены экипажей.
Медикам то и дело приходилось оказывать помощь то в голове колонны, то в хвосте. Однако, несмотря ни на что, мы шли и шли вперед. Пыль застилала все вокруг, мешая ориентироваться. Но вскоре в небе появился У-2, который направлением своего полета стал указывать нам путь.
