В пространстве, где сердца часто звонят от боли, Аня боролась за саму себя. Корней, холодно цепляющийся за последние надежды, молчал, но его взгляд говорил о решимости. Тяжелый душевный бой, где каждый слово имеет значение, вписывался в атмосферу таинственной и напряженной любви....
Да с любой легче будет.
И впервые настолько злость берет, что его на той заклинило.
Через несколько минут тишины Илона поставила бокал, встала, поправила идеально сидевшее платье, сделала несколько шагов к Корнею. Он прекрасно понимал, зачем приближается. Понимал и позволил. Оттолкнулся от столешниц. Выпрямился. Вырос. Ждал, когда она окажется достаточно близко. Почувствовал запах духов — сладких, тяжелых, глубоких. Элитных. Как все, ее окружающее.
Спокойно следил, как Илона тянется к его подбородку пальцами, ведет… По щеке, останавливается…
— Давай попробуем, Корней.
"Корней выслушал безразлично, чувствуя, как большой палец Илоны скользит по щеке.
— Я тебя не люблю, Илона. Я люблю ее. Ты понимаешь это? — Корней знал, что это может сделать больно.
Она скривилась на мгновение. Глаза закрыла. Открыла — и в них спокойствие. Кивнула. Снова повела пальцем по щеке…
И снова никак. Но на сей раз еще и тоскливо. Аж скулы сводит, как тоскливо…
— Начнем с того, что ты ее забудешь. Я помогу. А потом посмотрим…
Сказала не потому, что самоуверенна. Просто… Ей, видимо, он зачем-то действительно нужен был.
Дождалась, получается…
Потянулась своим лицом к его лицу, смотрела в глаза… Знала, что он не любит целоваться. Зачем, если не в постели? Но и где постель здесь — тоже знала. И сколько шагов займет путь до нее после того, как губы встретятся…
Тянулась, видела, что его взгляд опустился — к ее рту. Он не потянется навстречу сам.
