В пространстве, где сердца часто звонят от боли, Аня боролась за саму себя. Корней, холодно цепляющийся за последние надежды, молчал, но его взгляд говорил о решимости. Тяжелый душевный бой, где каждый слово имеет значение, вписывался в атмосферу таинственной и напряженной любви....
Прикрыл на секунду глаза, сглотнул…
— Привет… — она сидела за кухонным столом в его футболке, ела…
Похудела за это время. Он еще ночью разобрался. А сейчас только убедился сильнее. Немного осунулась. Глаза ещё больше стали на фоне впалых щек.
— Я просто вчера… Даже не завтракала. А сегодня проснулась и так захотелось… Желудок в баранку скрутило. Но боялась тебя разбудить. Встала, полезла в холодильник, а у тебя пусто… Думала, в магазин спуститься, а потом поняла, что нельзя. Ты проснешься, меня рядом не найдешь… Решишь… Заказала доставку.
Аня протянула руку, улыбаясь, Корней подошел к ней. Почувствовал, что девичьи пальцы скользят по голой спине, Аня сначала прижимается ненадолго к груди, а потом подставляя для поцелуя щеку.
— Доброе утро, зайка, — немного краснеет, слыша его приветствие, не отпускает тут же… Отрезает вилкой кусок своего пирога, на нее же накалывает, несет к его губам.
— Ты же тоже плохо ел… Я уверена, что плохо…
— Я ждал, что ты придешь и накормишь.
Врать Корней не видел смысла, ответил честно, чувствуя как-то неожиданно, что ее улыбка отзывается его ответной. А вчера ведь казалось, что они долго еще не будут улыбаться. Страшно было, что никогда вообще не будут…
— Садись, я сейчас тебе…
Аня подскочила, понеслась к одной из тумб, достала тарелку, вилку, побежала назад…
Видела, конечно, как Корней скользит взглядом по голым ногам, растрепанной голове, худым рукам…
Опустила на стол, достала из пакета такой же кусок пирога, каким сама поделилась.
Повернулась к Корнею спиной, задрожала, когда он прижался сзади…"
"— Ты как себя чувствуешь? — мужчина спросил тихо, можно было и не уловить из-за шума работающей кофемолки, но Аня всё слышала. Всегда и всё, что он говорил. Будто на него настроена.
— Хорошо. Очень хорошо. Я давно проснулась. На тебя смотрела и думала… Вот я дура… Вот я дура, Корней… Как можно было от тебя уйти куда-то… Как можно было…
— Ты запуталась, родная.
— Это ты нас спас, Корней.
Аня развернулась, положила руки на мужские плечи, посмотрела в глаза, говоря чистую правду. Если бы не он… Ее уже не было бы. По глупости. От отчаянья.
Корней же сделал контакт теснее. Прижал ближе.
