Жизнь обычного человека перевернулась в мгновение удара: смерть накрыла все его стремления — учеба, карьера и деньги. Теперь он осознает безнадёжность ситуации, когда уже не осталось места для жалости или уступок боли. Внезапно прозвучавший шорох заставляет медленно повернуться в сторону — и вот он, пугающий гул, который никуда не исчезает....
От одной только мысли, тошнота подступала к горлу. Шлюха! Маленькая сучка позволила себя трахнуть.
Случай для побега выдался подходящий. С очередной проверкой должен был нагрянуть генерал и нас отправили за территорию, вырубать заросли. Мобилу я всегда надежно прятал, соорудив потайной карман в гимнастерке.
— Пойду отлить, — сказал сослуживцу рядом и спокойно пошел к лесу.
Нашел свой тайник, в который еще вчера положил украденное у прапора оружие и заныканные из столовой куски хлеба. Рванул в сторону трассы. Не чувствовал усталости, пробежав километров пять.
Добравшись на попутках с дальнобоями, я успел заработать, подменяя водилу, пока тот мог выспаться и отдохнуть. Разгружал машины, бортовал колеса… хватался за все, что могло принести мне деньги. Спал, ел на автомате. Я понимал, что меня ждут. Мужик, присвоивший Ритку — не простой обыватель. Он тот, кто сам натянет, кого хочешь. Но мне плевать! Была бы цель! Даже если я сдохну, увидев боль в ее глазах — все не зря.
70. Встреча с Матвеем
Определенно день — говно. Тошнит с самого утра. Щенуль еще заминировал вход и я вляпалась у самого порога в какашки. Савелию было смешно! А я блюю и убираю какашки… в разной последовательности. На улице глотаю кислород, будто меня в пакете держали. Муж выгружает у школы, целуя в щеку. Машу ему рукой и плетусь в этот муравейник, кладезь знаний.
Меня уже только ленивый не спросил: ""где Шатрова?"". Трубку не берет.
На перемене покупаю в столовой стакан сока и булочку. На телефон приходит сообщение. Так и застыла, с плюшкой во рту.
""Сейчас ты выйдешь из школы и сядешь в мою машину. Попробуй дернуться или сообщить кому-то и твоя подружка умрет!""
Следом приходит фото растрепанной и зареванной Таньки, со скотчем от уха до уха.
Черный джип Матвея замечаю сразу. Он даже не скрывается особо. Каждый шаг отдается стуком в сердце. Нерешительность? Это не про меня. Матвей ведь не зверь, правда? Должно же быть в нем что-то человеческое? Еще я чувствовала вину перед ним. Это из-за меня он попал в армию. Косвенная, но вина есть.
— Телефон выбрось! Садись, — передо мной открывает двери изнутри.
