В глухой деревенской усадьбе ни души не наблюдалась — только старые тяжелые ворота скреплены стальными полосами. Напряженная атмосфера и неразговорчивый воздух подчеркивают важность прибывших спецмашины, явившейся выполнять нешуточную задачу.
Адреналин выбрасывался в организм мощнейшей волной.
– Я говорил тебе, Бекхан, каких русских свиней мы взяли?! – вернул меня к реальности резкий грубый голос. Говорили на русском, видимо, специально для нас."
"– Видишь, это натуральные свиньи, как грязь любят! А сейчас они еще захрюкают! – проговорил все тот же голос, и до моих ушей донесся короткий лязг автоматного затвора. Я резко обернулся.
Люди вокруг громко засмеялись. Они смеялись от души. Мужчины, стоявшие вокруг нас, были одеты в шляпы, кепки, старые галифе и армейские сапоги.
– А ну, хрюкай!!! Кто хрюкнет, живой останется! Давай! – И стоявший сзади молодой конвоир навел на нас автомат.
– Подожди, чеченец! – вдруг сказал хрипло голос рядом. – Подожди!
Артура тоже сбили в лужу, и теперь он стоял, вытирая грязь с лица и неторопливо оглядываясь.
И вдруг все чеченцы вокруг внезапно замолчали.
Артур вытер грязную ладонь об куртку и потянулся ею к левому плечу. Затем он старательно оттер грязь с эмблемы с надписью «СОБР», поплевал на руку и еще раз почистил эту надпись. В толпе установилась тишина.
– Ты меня будешь хрюкать заставлять? – негромко и очень страшно спросил собровец, развернулся и сделал шаг навстречу автоматному стволу. Артур был так жуток в этом своем шаге, что чеченец сначала невольно отшатнулся, затем опомнился, лицо его затвердело, глаза сузились, и он молча вскинул оружие к плечу.
Артур сделал неуловимое движение влево, сильно припадая на согнутую ногу. И резко кувыркнулся по грязной земле вперед. Воздух рванула оглушительная короткая очередь.
Артур вставал на ноги и распрямлялся уже возле стрелка. Пули прошли над его головой.
