При виде плена глазами, отец уверенно решил судьбы своей дочери: она станет жертвой вампира. Вечером я должна стоять у ворот особняка на расстоянии до рассвета. Улицы пустуют и в воздухе нависает мрачный шар вампиризма.
Поэтому, пока кровь струится по твоей руке, лезвие убирать нельзя. Оно очень острое, малейшее движение — и получишь глубокую рану.
Его слова заставили взять себя в руки и не шевелиться, хотя разум просил обратного. Хотелось вырвать руку и сказать ему всё, что я о нём думаю. Да кем он себя возомнил?! Пиявка-кровопийца!
— Слишком высокое самомнение у некоторых, — обиженно буркнула я спустя несколько секунд.
— Я говорю только то, в чём полностью уверен, поэтому ты меня не переубедишь в обратном.
Мою руку отпустили, и я тут же прижала её к груди, осматривая следы от пореза.
— Мало того, что крови боится, так ещё и недоверчивая, — усмехнулся вампир.
— Я не доверяю мужчинам, тем более незнакомым.
— Ничего, познакомимся. Времени у нас ещё будет предостаточно. А теперь, — он махнул рукой, и бокал покрылся какой-то полупрозрачной плёнкой, — несколько простых правил, которые облегчат твоё пребывание в моём доме.
Вампир не спеша дошёл до кресла и величественно в него опустился, не сводя с меня пристального взгляда.
— Садись!
Последовала его примеру и села на краешек небольшой софы, которая стояла ко мне ближе всех.
— Первое — помимо того, что ты пополняешь мой магический резерв своей кровью, на тебе лежит уборка жилых комнат. Второе — не советую выходить после десяти вечера из своей комнаты, во избежание опасных ситуаций. Третье — когда у тебя дни очистки организма?
Поняв, какие именно дни он имеет в виду, мне стало стыдно.
— А это ещё зачем?! — возмущённо спросила я, стискивая пальцами оборку на юбке.
— Поверь, спрашиваю не ради любопытства. Так когда? — его взгляд прожигал насквозь, вызывая тепло внизу живота. Стыд накрыл с головой, выступая алыми пятнами на щеках.
— Через три дня, — собственный голос был для меня чужим.
Я не привыкла разговаривать с кем-то на эту тему. Всегда справлялась сама. Мама умерла, а отцу стыдно было рассказывать об этом. Хоть он и замечал изменения в моей фигуре, но не подавал вида. Поэтому я сама училась справляться со всеми трудностями и проблемами почти с самого раннего детства.
— Когда у тебя идёт кровь, в эти дни ты не занимаешься домашними делами, а сидишь у себя в комнате.
— Но почему? — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.
— Это для твоей же безопасности. Помимо меня в доме иногда бывают и другие вампиры. Они не пьют кровь из стаканов, как я. И будут очень рады, если к ним в руки попадет такая пташка.
Слушала и не могла поверить в сказанное.
