В мрачном лесу, где дождь бормотал грустную песню, семнадцатилетняя Даша стояла у фонаря. Ее курносый нос искривлялся от холода, как будто пытаясь найти что-то укрыться в сумерках. Этот оазис света заставлял ее сердце забыть холод.
Даша поколебалась несколько секунд, глядя на свою…"
"Дина оставила «предупреждение» и скорей всего во время следующей вспышки ярости вполне может решить испортить уже Хонду, а значит, нужно хотя бы перегнать куда-то.
— Я разберусь, Даш. С машиной тоже.
То ли девушка слишком задумчиво смотрела, то ли они со Стасом просто успели научиться думать одинаково, но он ответил на незаданный вопрос, поставил сумку в багажник, улыбнулся приободряюще, насколько мог, открыл дверь, дождался, пока Даша устроится, пристегнется, только потом захлопнул.
Несколько первых секунд Даша ждала, что Стас обойдет машину, устроится рядом и они поедут, но почти сразу поняла — он не спешит. Красновская оказалась в салоне и его вакууме — не пропускающем ни звуки, ни запахи. Волошин же чуть отошел, достал сначала сигареты, а потом и телефон. Прикурил, позвонил кому-то в очередной раз.
Не Дине, это Даша поняла сразу — выглядел слишком спокойным. Потом же прислонилась виском к стеклу, закрыла глаза… Не хотела прислушиваться, но это получилось как-то само собой…
— Нет, Тём.
— Спасибо, Тём, — Стас скинул звонок, потушил окурок, отправил в урну, проходя мимо того самого стекла, к которому был прижал висок, скользнул по нему пальцем, Даша встрепенулась, дождалась, пока они окажутся в салоне уже вдвоем.
