В теплый летний день я утопала в радостной независимости от будней. Настолько давно не чувствовала я природу так близко. Вдруг — странный тревожный звук заставил меня вздрогнуть, и мое внимание переключилось на забытую деталь: девочка шестилетнего возраста сидела спокойно, покачиваясь, словно в ожидании чего-то важного....
Я никогда не смогу подчиняться ему настолько, насколько он в этом нуждается. А если всё же попробую — потеряю саму себя. Растворюсь, словно меня и не было.
Вновь разозлившись на то, что мои размышления в который раз были посвящены Глебу, я плотнее запахнула куртку, после чего решительно зашагала к домику.
Лёгкий ужин, заказанный из кафе, травяной чай и книга — вот то, в чём я нуждаюсь в этот вечер. Да… и ещё будет нужно наконец позвонить родителям, которые, скорее всего, уже сильно взволновались.
— Лён! Господи, как хорошо, что ты позвонила! — выдохнула мама, стоило мне только включить телефон и набрать её номер.
Оказалось, что у меня несколько десятков пропущенных вызовов, основная часть которых — от Ледова. Пришлось призвать на помощь всё равнодушие, которое только было возможно ощущать по отношению к этому человеку, чтобы не радоваться, словно ребёнок, получивший желаемое.
— У меня всё в порядке, — быстро заверила я маму. — У вас что-то произошло?
Она не спешила отвечать, и я застыла восковой статуей.
— Не молчи, пожалуйста, — попросила я тихо, слыша, с каким грохотом в висках колотится пульс.
— У меня и папы всё хорошо. Вчера приезжал Глеб… и позавчера тоже. Он пытался до тебя дозвониться…
— Я в курсе, мам, — хмыкнула в трубку, успокаиваясь.
Если с родителями всё хорошо, последний о ком стану переживать — Ледов.
— А сегодня он отключил телефон! — с тревогой в голосе воскликнула мама.
Я округлила глаза. Нет, конечно, совсем не от того, что Глеб был вне зоны доступа. Причина заключалась совсем в ином — почему мама настолько обеспокоена?
— Мам… Ледов — взрослый мальчик. Он сам разберётся, когда ему включать телефон, а когда выключать, — мягко сказала в ответ.
— Ты просто его не видела вчера… Он в каком-то безумном отчаянии.
Я закатила глаза. Что-то отчаянным Глеб в нашу последнюю встречу не выглядел от слова «совсем».
— У него что-то произошло? — как можно спокойнее уточнила я.
— Нет… я думаю, дело в тебе. Он очень хотел тебе что-то сказать. Не поверил, что мы не знаем, где ты.
А вот это было вполне в его духе, да.
— Сегодня же у него день рождения, — продолжила тем временем мама. — Я позвонила поздравить, а он не подошёл к телефону.
Чёрт… Я ведь напрочь забыла об этом празднике. Хотя, мы вроде как уже были с Ледовым никем друг другу…
— Мам, я не очень понимаю причину твоего волнения, правда.
