Вечерний шепот музыки и мерцание стrobоскопов создают атмосферу забытого клуба, где каждая фраза или звук будто провокует возвращение прошлого. Человек чувствует себя необычно: минутное расстройство заменяется внезапным отсутствием времени, как если бы ты оказывался на месте хвоста ящерицы. Этот роман описывает душевный кризис в современной жизни — где каждое действие и реакция приводит к неожиданным взлетам и падениям....
— Злотников убирает ноутбук и проверяет оружие. — Какие будут указания по охране квартиры?
— Пока я не разберусь, никого не впускать. Даже соседей.
— А после? — Кирилл явно хочет что-то сказать, но осторожничает.
— Давай без прелюдии.
— Мы не сможем обеспечить безопасность Елизаветы Ивановны и сына в той квартире. Слишком старый дом, нет подсобных помещений. И много жильцов.
— Варианты?
— Можно устроить капитальный ремонт. Часть жильцов свалит. Появится возможность расставить камеры и установить сигнализацию.
— Часть — мало.
— Согласен. Поэтому я бы предложил перевезти обоих в более защищенное место. Лучше если это будет частный дом в закрытом поселке. С пропускным пунктом и хорошей охраной... В дополнение к нашей.
— Дом...
Мы уже совсем близко, поэтому вырубаю сирену и отключаю мигалку. В голове крутятся слова Злотникова. О доме в поселке. С охраной. С высоким забором. С мощеными дорожками и широким крыльцом.
— Могу приказать секретарше начать поиск, — переходит на шепот Кирилл и машет своим парням, чтобы по одному незаметно выбирались из машины.
— Не нужно ничего искать.
Сейчас не время копаться в воспоминаниях. Со временем вообще беда. Но на смену дикой ярости приходит холодное спокойствие. На смену тревоге — железная уверенность, что никто не посмеет встать у меня на пути. А прошлое смешивается в сознании с настоящим.
Та же женщина.
Тот же дом.
То же непривычное чувство, которое рвет грудину и заставляет плевать на планы, принципы и прочую херню.
— Сейчас забираем их. Обоих. — Осторожно выруливаю по узкой подъездной дороге. Плавно качу к нужному подъезду. Мимо парковки. Мимо курящих у машин крепких парней. У подъезда сразу глушу двигатель. — А дальше разберусь сам.
Я последний раз смотрю на Злотникова. И со словами «Скорую помощь вызывали?» распахиваю дверцу машины.
Происходящее дальше смешивается для меня в короткий дубль низкобюджетного боевика.
Справа и слева раздаются крики: «Стоять! Ни с места!»
Мелькают незнакомые лица.
Мой правый кулак с хрустом впечатывается в чей-то нос. Левый — не щадя, бьет под дых. Колено встречается с крепкой спиной...
А после перед глазами лишь лестница.
Один пролет.
Другой.
Третий.
Лечу! Не ощущая ступеней под ногами. Не замечая стен и потолка.
Спешу, как не спешил еще никогда.
Пока не останавливаюсь у нужной двери. Коричневой, как и все остальные на площадке. Хлипкой настолько, что, кажется, я смог бы вынести ее плечом.
