Вечерний шепот музыки и мерцание стrobоскопов создают атмосферу забытого клуба, где каждая фраза или звук будто провокует возвращение прошлого. Человек чувствует себя необычно: минутное расстройство заменяется внезапным отсутствием времени, как если бы ты оказывался на месте хвоста ящерицы. Этот роман описывает душевный кризис в современной жизни — где каждое действие и реакция приводит к неожиданным взлетам и падениям....
Во время остановок любуюсь в зеркало заднего вида на своих.
Странное чувство. Я в том же дерьме, что и девять лет назад. Опять на горизонте те же фамилии. И все-таки снова ощущаю необычную штуку, дико похожую на счастье.
Слишком много для совпадений! Как переклинило на одной женщине. Прописалась за ребрами еще вредной лопоухой девчонкой. Совпала всеми своими колючками и изъянами.
В прошлом я не задумывался об этом. Чувствуя себя идиотом, помешавшимся на малолетке, брал от Лизы все, что могла дать. Затрахивал ночами напролет до полной отключки.
Не понимал, за что мне такое чудо. Что с ним вообще делать?! А потом точно так же быстро, без лишних эмоций, оторвал от себя."
"Как в другой жизни. Гораздо более простой, чем сейчас. Без изматывающих игр на приближение и отдаление. Без необходимости ждать, доказывать и видеть в отражении красивых глаз мудака, который все просрал.
— Мы на месте, — произношу, паркуясь возле дома.
Светофоров все же оказалось слишком мало.
— Спасибо, что привез, — отвечает Лиза, когда сонный Глеб выходит из машины.
— Впустишь?
Этот разговор уже давно стал ритуалом, но сегодня я впервые жду другой ответ.
— Тебе не хватило в центре?
— Мне всегда тебя не хватает.
— Давай без «всегда». — Лиза отводит взгляд.
— Так впустишь?
— В доме нет свободных комнат, сам знаешь. Спать придется на диване.
— Я уже люблю этот диван.
— А душ только внизу, в тренажерном зале.
— Потрешь мне спину?
Знаю, что напрашиваюсь. Как суицидник-сапер, которого отправили на задание без защиты и оборудования, с одним лишь благословением.
— Я уже натерлась за этот вечер. — Лиза облизывает губы.
Слишком быстро, но я замечаю.
— Тогда мы будем спать. — Ладони начинают гореть от потребности касаться. — Просто спать. — Толкаю дверь машины и уже жду, как пойду рядом со своей женщиной в свой дом.
Глава 41. На расстоянии души
Красивые слова работают только на дурах.
Умным подавай душу.
В доме мы не разговариваем. Прежде чем уйти в свою комнату, Глеб обнимает меня. И, на миг обернувшись, бросает благодарный взгляд матери. Та, словно сегодня вечер пантомимы, скованно пожимает плечами. Через пару минут приносит мне подушку и плед.
Все это похоже на какой-то сюр. Я бесправный гость в своем доме. Среди знакомого, хоть и временно чужого.
