Заминовская решает сменить обстановку и прервать серию невзгод на работе. Ее предчувствие неожиданно ведет к дружественной, почти родственной атмосфере парковки — где она может отвлечься и расслабиться перед новой страницей жизни.
весь комплект.
Конечности вообще не шевелятся. Если бы не тянущая боль, решила бы, что с ними что-то не так. Но боль успокаивает. Всё отлично! Потрясающе! Так замечательно, как не было никогда раньше.
— Завтрак на столе. У тебя пять минут на подъем. Не успеешь позавтракать, сдам в институт голодной! — Главная причина моей слабости опирается крепким плечом о косяк и, сложив руки на груди, наблюдает за воскрешением.
Марк красивый, несмотря на то что всю ночь учил меня постельным премудростям и заставлял орать от кайфа.
Так и хочется запустить в него чем-нибудь увесистым. Только шевелиться все еще трудно."
"— Я уже говорила. Заведи собаку! — Бесформенным кулем перекатываюсь на другой бок, спиной к Мистеру грозному и сексуальному. Чтобы не выдать себя улыбкой, прячу лицо в подушку.
— Договорились. Если прямо сейчас не встанешь, выдеру в собачьей позе. — Судя по звуку, он находится на том же месте.
— Шаталов, кажется, ты меня и так уже.
— В следующий раз вместо «еще» кричи «хватит». А сейчас быстро за стол!
— Мне понравился твой намек на следующий раз. — Улыбка становится шире.
Не представляла, что словосочетание «следующий раз» из уст мужчины может звучать так приятно. Кажется, теперь это мои любимые слова!
— М-да... Похоже, с головой дела все хуже и хуже.
Я не вижу Марка, но чувствую, как матрас прогибается под весом его тела. А спустя мгновение меня насильно переворачивают на спину. Как беспомощную черепашку.
— К твоему сведению, у меня был самый высокий проходной балл на потоке. А по уровню интеллекта я опережала всех одноклассников. Мы дважды делали тесты. — Показываю язык.
— Хм... И куда же это все подевалось? — Шаталов убирает волосы с моего лба и заправляет непослушные пряди за уши.
— Сделай, как было. — Морщу нос и тут же начинаю елозить гривой по подушке, чтобы вернуть прежнюю лохматость и хоть немного скрыть лопоухость.
— Мне так больше нравится. — Он нахально фиксирует голову и повторяет свой трюк с волосами.
— Ты извращенец. Я так на Чебурашку похожа. — Всхлипываю. — Или на эльфа, — выдаю вторую, более красивую версию.
— Никогда раньше не трахал эльфов. Настоящая экзотика. — Гад даже не улыбается. Серьезный, словно не об ушах говорит, а о строении вселенной.
— Женщин с такой маленькой грудью ты, наверное, тоже еще не трахал? — В порыве отчаяния дергаю одеяло вниз.
Если уж обсуждать мои слабые места, то все сразу.
