Вдалеке шумят деревья, как будто призывая за кем-то оставить время. Княжество Воронцов в этом лесу — таинственный уголок, где солнце прячется за густыми листвами. Василий Андреевич, князь по прозванию Великий, шагает среди них, отгоняя сквозь плечи легкий ветерок, прежде чем дойти до своей убежища. Здесь есть то самое место — небольшая речка, которая заменяет ему летние купания....
Ведь, если бы случилось так, что она не похожа была на пани Мирославу, и Ружинский не признал бы в ней свою родственницу, чем бы это кончилось для нее.
Три дня спустя, Софья отплыла в Геную на корабле пана Ружинского. Сердце пело от счастья, наконец, она сможет вернуться, увидеть своих родных и близких. А самое главное, своего сыночка ненаглядного. Казимир пообещал, что проводит ее до самого дома, и впоследствии будет часто навещать ее. В одночасье ее жизнь совершено переменилась, и теперь она ожидала, что только безграничное счастье ожидает ее.
Глава 29
- Расскажи мне, какой была моя мать, - попросила Софья пана Ружинского, сидя за вечерней трапезой в его каюте.
Ружинский улыбнулся, погрузившись в воспоминания.
- Красивой, как ты. Тихой, застенчивой, не любила, когда в замок гости приезжали, в веселье не участвовала. А вот лес любила.
"- Как же ж так вышло, что она у графа Хвостова оказалась? – нахмурилась Соня.
Казимир враз помрачнел лицом. Помолчав некоторое время, он начал свой рассказ:
- Двадцать два года назад, на наше с ней день рождение много гостей в замке было. Был и его сиятельство граф Хвостов.
- Так Ксана, то есть пани Мирослава убила графа Хвостова.
- Я не про отца, я про сына, – вздохнул Казимир, - Мало ли он тебе горя принес.
- Бог ему судья, - тихо ответила Софья, зябко ежась в тонкой одежде.
Чем дальше удалялись они от Африки, тем холоднее становилось море. Ружинский покачал головой, встав из-за стола, и открыл сундук, стоящий у стены каюты. Вытащив мужскую соболью шубу, накинул на плечи племянницы.
- В Варшаву поедем.
