В отдаленном лесу, где воздух пропитан мхом и свежей землей, Тихоня пытался скрыть следы своего недавнего посещения. Декабрь выдался необычно теплым для этого региона, заставляя почки на деревьях начать набухать раньше времени. Но даже солнечный свет в этот день не мог убаюкать Тихоне: что-то в его груди булькал так отчаянно и безуспешно, что он едва не забыл о своих планах сообщить Центру о непредвиденных обстоятельствах....
Патрон Афанасий Федорович уже достал. Это в самом деле был нарезной патрон от ТТ семь-шесть-два. Большой и мощный калибр.
– Если бы стреляли издалека, синяк был бы больше. Так что ищи того, кто рядом был.
Семен кивнул, пристально посмотрев в глаза старику.
– Сможешь мне чайку сообразить? – спросил Семен.
Старик, не задавая вопросов, вышел. Понял, что его гость хочет попрощаться.
– Обожди. Не сама она с крыши шагнула.
Афанасий Федорович подошел к телу Тамары и указал на ее запястье:
– Видишь? После смерти если бы ей так руку выкрутили, синяков бы не было.
Семен кивнул:
– Понял. Я найду их.
Афанасий Федорович согласился:
– Найди. Дело теперь у тебя есть личное. И у меня заодно.
Пока Афанасий Федорович готовил чай, Семен осмотрел вещи Вадима. Забрал коробок спичек и маленький нож. Больше у него с собой ничего не было. Нужно будет рассмотреть потом. А пока он сел, еще раз внимательно перечитал все то, что написал Ян.
Нет. Как ни крути, либо убийца в самом деле Плюснин, о чем думать не хотелось, либо кто-то подошел к Вадиму вплотную, выстрелил, а Ян либо видел это и покрывает убийцу, либо еще по какой-то причине не говорит всей правды.
И тут Семен понял. Нет. Он не думал, что Семен будет осматривать тело Вадима. Ведь если на минуту представить, что Ян ‒ глава диверсантов, то он может не знать, кто такой Семен. Например, думать, что он просто сотрудник комендатуры, который решил заняться расследованием странного дела.
