В отдаленном лесу, где воздух пропитан мхом и свежей землей, Тихоня пытался скрыть следы своего недавнего посещения. Декабрь выдался необычно теплым для этого региона, заставляя почки на деревьях начать набухать раньше времени. Но даже солнечный свет в этот день не мог убаюкать Тихоне: что-то в его груди булькал так отчаянно и безуспешно, что он едва не забыл о своих планах сообщить Центру о непредвиденных обстоятельствах....
– Говорили про лабораторию, там делали газ, специальный, и яды. Может, брешут. В замке это было на заливе, и ходили слухи, что вокруг этого замка ничего не растет. И не будет расти. И животные гибнут. А потом пришли русские и сожгли замок.
– Лохштедт.
Глаза Магды стали еще больше, женщина перекрестилась, а потом почему-то посмотрела на Семена с таким ужасом, что ему стало немного смешно. Так, словно он вот-вот утащит ее в этот замок.
После этого полька стала тоскливо говорить, что ей пора браться за работу, а то она не сможет заработать денег, а семью нужно кормить.
– Думаешь, где они яд такой мудреный взяли? – спросил Афанасий Федорович.
– Нет, я больше думаю, если работает группа, то что она хочет замаскировать этими смертями? От чего отвлечь?
– А может быть, ты слишком много думаешь? Может, это зверье и не хочет никого ни от чего отвлекать, а в самом деле просто решили потравить тут всех? Раз они все это массово хотели производить в этом замке? Ты, кстати, откуда про него знаешь?
– Его сожгли по моему донесению, я там был, – сказал Семен и позвал Магду.
Он записал ей на бумаге по-польски, что нужно сказать доктору. И сказал, чтобы она обязательно пошла в госпиталь лечиться, иначе скоро умрет. А так полежит немного в больнице и выйдет.
– Я уже мертва, – устало сказала полька и добавила: – Мне нужно работать, чтобы кормить семью. Не могу я в госпиталь, нет у меня документов. Я лучше просто буду работать, а дальше уже как пойдет.
– Как это нет документов? – удивился сердобольный Афанасий Федорович.
– Есть было нечего. Я их и продала. Зачем мне документы тут. Я уборщица Магда, – пожала плечами полька.
– И много вас таких, кто продает документы?
– Много. Нам всем негде жить, нечем кормить семьи. Мы продаем свои документы тем, кто идет на работу на заводы, вокзалы.
Полька прекрасно понимала, что это преступление и за него ее ждет расстрел. Потому что где-то под ее документами может работать шпион.
Но теперь у него был еще один след. Он понял, как именно в городе скрывались ученицы «Мадам Мод». Они покупали документы у таких вот, как Магда.
– Так. Подожди. Сейчас сделаем так. Я принесу тебе еды. Для твоей семьи и для тебя. Дам лекарства.
