Эйва просыпалась среди странных сновидений и вязкого покалывания всего тела. Высокое голубое небо с мелькающими облаками казалось почти живым, словно дышащим под холодной луной. Воздух был пропитан легким ароматом свежего снега, что только усиливало острое чувство принадлежности к этой суровой природе....
Обеспокоенно всматриваясь на выстроенный в ровный строй воинов Агнара и вождя племени Мадфалов, нермары Суин и Хенни с недоумением перешёптывались.
— Ну как я? Внушительно выгляжу? — тихо спросил Агвил, расправляя на груди железные пластины, которые начищал вчера весь вечер.
— О да, Роал будет сражён, — ответила, с трудом сдержав улыбку, чуть помедлив, продолжила, — поговори с ним…, возможно, твой сын сбился с пути, а может смерть Асвёра не его рук дело.
— Эйва. Рауд всё выяснил, мне больно, что я вырастил такого сына, — глухим голосом ответил вождь племени Фрэстов, со злой усмешкой бросив, — а вот и сынок.
— Отец! — тотчас раздался потрясённый возглас высокого, как и Агвил мужчины лет тридцати, который только вышел из шатра и теперь стоял у входа, оторопело взирая на «мертвеца».
— Роал! Я мыслю, ты рад меня видеть?! — прогремел возродившийся вождь, положив мозолистую руку на эфес меча, широким шагом направился к ошеломлённому сыну, ехидно выкрикнув, — что не встречаешь? Или не рад, что я жив?
— Рад… — невнятно произнёс Роал, наконец, очнувшись, обеспокоенно заозирался, всё чаще останавливая свой взгляд на шатрах вождей Хэнни и Суин.
— Они мертвы! — объявил Агнар, скидывая с головы капюшон, выступая из-за спины Агвила, следом за ним, повторяя театральные действа, придуманные Сашкой, вышла я.
— Будь ты проклят! — взревел раненым зверем Роал, с дикой необузданной яростью и ненавистью, бросился на отца. На ходу выхватывая меч, изрыгая ругательства и проклятия, он в два шага преодолел расстояние разделявшее его и Агвила.
— Прости, — едва слышно прошептал Агвил, медленно опуская меч, окинув взглядом не менее потрясённых воинов племени Фрэстов, объявил, — я жив!
— Так будет лучше, — проговорил муж, продолжая крепко держать меня за руку.
— Наверное, — тихо ответила, отводя взгляд от распростёртого на земле тела, добавила, — теперь очередь за нермарами Хэнни и Суин.
"— Я буду рядом, — ободряюще улыбнулся муж, большим пальцем руки, нежно погладил мою ладонь, довольно усмехнувшись, продолжил, — а ещё Агвил и Алей, Адут я тоже уверен на нашей стороне.
— Значит справимся, — усмехнулась, обернувшись назад, коротко кивнув Сашке и Томэгу, проговорила, — ну что пошли?
Псарбал начался странно и неприятно, у места костровища, воины Аллея, уложили два тела. Окровавленное тело Атола брата Эйвы и Атли вождя племени Хэнни.
