Эйва просыпалась среди странных сновидений и вязкого покалывания всего тела. Высокое голубое небо с мелькающими облаками казалось почти живым, словно дышащим под холодной луной. Воздух был пропитан легким ароматом свежего снега, что только усиливало острое чувство принадлежности к этой суровой природе....
Вслушиваясь в крики полные ненависти, я думала лишь об одном: «Что это за место такое, где избитой, раненой девушке не оказали первую помощь?»
— Она враг! Она убила Балоха! И вы хотите принять её в наш клан! — кто-то взревел, что-то треснуло, раздался противный звон.
— Эйва не посмеет! — рявкнули в ответ, — иначе будет навеки проклята Вхагаром!
— Я всё решил! — низкий с хрипотцой голос повелительным тоном прекратил дальнейший спор, после этих слов меня грубо подняли на ноги, кто-то сильно сжал мою ладонь, чиркнув ножом по внутренней её части, забормотал.
Странно, но боли от пореза я не почувствовала, как и не видела, кто это сделал. От слабости ноги меня не держали, и я повисла на чьих-то руках, отрешённо сквозь мутную пелену наблюдая за происходящим. Неясные тени, недовольный рокот, моя покалывающая ладонь сплелась с чей-то большой и горячей, поднесённая ко рту чашка, глоток тёплой противной жидкости, которая совершенно не утолила жажду и долгожданная темнота…
Глава 2
Глава 2
— Ещё глоток, — произнёс женский голос, заботливо убрав прядь с моего лица, — лучше?
— Нда… спасибо, — просипела, наконец сфокусировав зрение, увидела склонившую надо мной старушку, — кто вы?
— Мораг — улыбнулась женщина, подставив чашку к губам, — травы ведаю.
— Спасибо, — поблагодарила, осторожно, боясь вновь ощутить невыносимую боль, повернула голову набок.
Несколько дней прошли в бреду. Помню, что просыпалась, что-то пила, слышала незнакомые голоса. Кто-то будто я ничего не весила, с лёгкостью держал меня на весу, пока с меня стаскивали обувь, одежду и натирали вонючей мазью.
Но сегодня ещё не открывая глаза, я вдруг явственно ощутила запах дерева, травы, парного мяса, чего-то кислого и хвои… её аромат был везде. Терпкий, въедливый, раздражающий.
— Тебе надо поесть, — проговорила Мораг, прерывая мои смутные воспоминания, — бульон ещё тёплый.
— Где я? — пробормотала, настороженно осматриваясь. Небольшая сложенная из ошкуренных потемневших от времени брёвен изба. Потолок с поперечными балками, казалось, даже лёжа можно с лёгкостью достать рукой. На стенах гроздьями висели пучки трав, ягод и кореньев. Три деревянных полки заставлены горшками и бутылками. Массивный стол, рядом два колченогих табурета, печь сложенная из кирпича, труба которая выходила в стену и небольшое окно.
