В дни последних дней Влада, солнце словно жестоко отмечало его присутствие, ярко светило. За спиной тишину разрывала лишь мелкая техническая чистота ворот колонии №8. Выстроились нагло девять машин — и поперек дороги, и на аккуратных тротуарах. Это было знакомое, но теперь еще более отчужденное зрелище: люди приехали за своим днем....
Немолодой лысейщий мужчина за столом курил и прищурено смотрел на Влада, идущего к стульям перед его столом. Второй человек, примерно ровесник Казакова, полусидел на подоконнике, напряженно глядя на него, неторопливо приближающегося к столу. И кода Влад дошел до стола, остановился и… плюнул в того, что был на подоконнике.
Я ошарашенно замерла, глядя как тот выругавшись матом, кинулся на Казакова, они сцепились и Влад почти повалился на стол сметя с него монитор, папки, бумаги и еще какую-то херь.
Влад, раздраженно оправив одежду сел напротив стола мужчины, который второго оттащил к подоконнику. Казаков взглядом мне велел подойти и сесть по его левую руку.
Атмосфера в кабинете травилась откровенной ненавистью, Казаковским ублюдочным отравляющим раздражением и моим ужасом, заставляющим руки, сцепленные на коленях мелко дрожать. Но тишина все не нарушалась. Влад с непроницаемым лицом, чуть хмуро смотрел на мужчину за столом глядящено на него непередаваемо зло.
— Казаков, ты всегда появляешься эпично. — Выцедил он и снова посмотрел на Влада. — Чем тебе Варламов не угодил? — краткий кивок в сторону злобного мужика возле подоконника.
— Что вам надо от меня, Егоров? — спросил ровно, но так давяще, что даже я вздрогнула.
— С поличным взяли. — Егоров сглотнул и снова посмотрел на него.
— Без доков нихуя не докажите.
— Так не все сожгли ж, Казаков. Не успели вы. Сейчас оформляют.
— Егоров, а глянь сюда. — В голосе Влада насмешка, а из рукава канцелярский нож. Я метнула взгляд на разбросанные вокруг стола вещи и поняла, чем именно Варламов Владу не угодил. Казакову нужен был нож.
— И чего это? Меня пырнешь, что ли? — мужчина даже повеселел, иронично глядя на нож в руках Влада и жестом веля оставаться Варламову на месте.
Влад усмехнулся, не отводя от него взгляда. Щелчки выдвигаемого на пару сантиметров лезвия. И прислонение металла к своей правой кисти. Медленно надавил и на бледной коже выступила капля крови. Надавил сильнее — тонкая струйка.
Я задохнулась, но я была научена. Влад прекрасный учитель. Поэтому я сидела и молча кричала от начинающегося кошмара.
