В Эре милосердия мир вращается вокруг строителей — от нищих рабочих до опытных специалистов. Объявление затачивает: "Пока сиди, слушай, набирайся опыта". Глеб Жеглов, манящий и забывающий обо мне так же легко, как оставил меня в стороне старый плакат: "Экономя электричество, ты помогаешь фронту!". Эта унылая обстановка становится фоном для масштабной драмы, где каждый шаг и каждое слово могут перевернуть мир....
Похоже, «Эра милосердия» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ты больше к Аньке не звони, я тебе потом сам позвоню. Это два. Если тебя лягавые возьмут, молчи, как немая. Тогда выручу. Будешь болтать — язык отрежу. Всё…
Гудки отбоя возвестили, что разговор окончен, и почти в ту же секунду раздался зуммер полевого телефона Сафиуллина. С телефонной станции сообщили: Фокс звонил из автомата в булочной у Сретенских ворот. Прямо со станции туда уже мчался на машине Пасюк — прочесать с группой сотрудников прилегающую территорию.
Но Фокс как сквозь землю провалился, хотя поработал Пасюк истово. Узнали мы об этом немножечко позже — когда приехали в Управление и выслушали его рапорт.
— Ничего, — утешил расстроенного Пасюка Жеглов. — Он, гад ползучий, от меня не уйдёт. Слово чести!
Я видел, что от злости он прямо искрился, словно только что заряженный танковый аккумулятор.
— По домам! — скомандовал Жеглов! — Отдохнуть по силе возможности и в девятнадцать пятьдесят быть у входа в «Савой».
24
ЭКСПОНАТЫ ИЗ БЕРЛИНА
Выставка образцов трофейного вооружения, захваченного у немцев в 1941—1945 годах, продолжает пополняться новыми экспонатами. В Москву доставлено много образцов боевой техники, отбитой у врага в Берлине, Будапеште и в других районах недавних боёв.
«Известия»"
"Глупо, конечно, но факт — очень я взволновался перед походом в «Савой». Как там ни говори, а всё-таки первый раз в жизни собирался я в ресторан.
Но об этом и думать нечего, потому что мы отдали Шурке Барановой карточки, и нам с Жегловым ещё надо смикитить, как дотянуть до конца месяца хотя бы на хлебе с картошкой.
Об этом и сказал нам Жеглов в автобусе, когда мы остановились неподалёку от входа в «Савой» без десяти минут восемь.
