В Эре милосердия мир вращается вокруг строителей — от нищих рабочих до опытных специалистов. Объявление затачивает: "Пока сиди, слушай, набирайся опыта". Глеб Жеглов, манящий и забывающий обо мне так же легко, как оставил меня в стороне старый плакат: "Экономя электричество, ты помогаешь фронту!". Эта унылая обстановка становится фоном для масштабной драмы, где каждый шаг и каждое слово могут перевернуть мир....
Похоже, «Эра милосердия» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— А то у нас работают ребята как звери, а благодарности сроду не дождёшься. Конечно, мы не за «спасибо» работаем, но слово доброе, а уж от такого человека, как вы, особенно дорого.
Генерал добродушно улыбался, и было видно, что слова Глеба ему приятны. А тот уже совсем обжился:
— Александр Васильевич, нам ничего такого — ни письма в газету, ни разных там других подобных вещей — не нужно. А вот зашли — и это нам исключительно радостно и приятно…
В лице Ляховского появились сразу и озабоченность и облегчение:
— Слушайте, да ведь это мысль — насчёт газеты! Мне самому как-то в голову не пришло.
— Да, «На боевом посту», здесь же и находится.
— Прекрасно. Просто прекрасная мысль. Вы меня извините, я не расслышал — ваша как фамилия?
— Жеглов, капитан милиции, — скромно сказал Глеб.
— А ваша? — повернулся генерал ко мне.
— Старший лейтенант Шарапов, товарищ генерал-майор, — по-уставному ответил я и добавил: — Только, разрешите доложить, я к этому делу ни малейшего отношения не имею…
— Ясно, — кивнул генерал, что-то записал в маленькую книжечку в алюминиевой обложке, попрощался с нами за руку и ушёл.
— Глеб, ты что? — спросил я. — Мы-то здесь при чём? Ведь машину, как я понимаю, ребята из розыскного отделения ОРУДа нашли, нет?
Жеглов удивлённо посмотрел на меня:
— Ну и что? Как это «мы здесь при чём»? Что ж, по-твоему, ребята из ОРУДа посторонние нам? Ты эти закидоны брось, Шарапов, мы одно дело делаем.
Мне как-то совестно стало, но потом я вспомнил про газету и сказал:
— Вот напишет он в газету, что ты его «эмку» нашёл, тогда покрутишься…
— Кабы ты чуток умнее был, Шарапов, то знал бы, что фамилии оперативных работников газета не оглашает.
Всё это он произнёс уже по дороге в столовую, и мне оставалось только подивиться находчивости Жеглова и его быстромыслию. Я ему так и сказал и добавил, что у нас в разведке очень не хватало такого парня, как он.
