Я специально посмотрел записи с виртуальных камер подобных машин, так что уверен — оператору, приведшему в действие взрывное устройство, ты была видна прекрасно, а значит…
В этот момент в дверь царской опочивальни постучали. И я, получив безмолвное распоряжение Государя, в очередной уже раз позвонил в колокольчик, разрешая войти.
Несколько минут спустя.
Приставил к изголовью кровати довольно высокую треугольную подушку, а к ней еще одну — ортопедическую, для большего удобства. Плюс сверху положил маленькую, также ортопедическую, дабы затылок царя, довольно высокого мужчины, не упирался бы в деревяшку.
— Попробуйте, стало ли удобнее. — сказал я.
И царь, немного повозившись, устроился. Я подложил под каждую из его рук по здоровенной пуховой подушке, на которых до этого он спал, организовав этакие подлокотники.
Государь не ответил. Он, кажется, сразу же задремал.
Поглядев на него некоторое время, я засобирался на выход, однако царь внезапно схватил меня за руку. И это действие, особенно для него, главного арбитра между «знатными», было уже практически на грани приличий в данный момент. Вообще-то, Кайе, несмотря даже на изрядно подмоченную репутацию, не стоит находиться тет-а-тет с мужчиной, не являющимся ее кровным родственником, в его спальне, но…
— Присядь, пожалуйста. — велел он, не отпуская моей руки.
Я повиновался, придвинув ногой стул.
— За несколько минут ты умудрилась преизрядно улучшить мой быт. — не открывая глаз, он улыбнулся, явно наслаждаясь обретенным удобством. — Кайа Игоревна, ты как та кошка, что всегда падает на лапы. Это очень хорошее качество. И во дворце оно крайне полезно. Признаюсь, у меня на тебя существуют большие планы.
Он замолчал, чтобы отдышаться.
Сейчас, кажется, начнется «без меня меня женили» серия следующая. — промелькнула в моей голове мысль.
— Федор Иванович, при нашей прошлой встрече вы сказали, что моя репутация отныне — ваша забота. У меня к вам есть просьба. Не откажите, пожалуйста. — сказал я прежде, чем он озвучил свои планы на мой счет.
— Какая? — поинтересовался он, все-таки открыв глаза.
— Мы с Александром Блумфельдтом недавно поговорили по душам и пришли к мнению, что, если восстановим нашу помолвку, это станет наилучшим решением. Для нас обоих и для наших Семейств. Мы бы хотели расписаться двадцать шестого апреля, и, по-моему, для подобного союза это будет очень хорошая дата. Позвольте мне, пожалуйста, стать его зарегистрированной любовницей, не дожидаясь моих шестнадцати лет!
Глава 133
Услышав мою просьбу, Государь ничего не ответил. И его молчание затянулось на весьма продолжительный срок. Однако руку моей Кайи он не отпускал.
Ладонь царя оказалась чересчур грубой для человека его рода деятельности.