В Камлямбре наступила тишина — лишь шорох воды и легкий лай птиц. Рождения становятся редкостью из-за ужасающей нехватки денег для матерей и медиков. Бюрократия раздумывает, стоит ли вовсем отказаться от воинского дара, когда оно теряет смысл в условиях экономической кризиса....
Понятно?
– Нет!
– Господи! – Лис воздел свои глаза к небу, – Кого Ты мне послал? Как Тебе не совестно? Он же тупой! – Потом он скосил свои глаза в мою сторону и заунывно продолжил: – Все в этом мире складывается, как гирлянда! Так?
– Ну, предположим.
– Значит, с самого начала сложения можно уже предугадать то, что ждет тебя в самом конце! Можно предугадать абсолютно все.
Меня вдруг осенило.
– Лис! Вот это да! Ты же мне только что рассказал, как строиться человеческая судьба. Значит, независимо от длительности пути.
Я посмотрел на Лиса с восторгом. Тот все ковырял свое зерно.
– Ну, не всегда же мы только движемся. – Лис ткнул в зерно еще несколько раз и продолжил. – Некоторые усилия на каком-то этапе могут быть тщетными.
– Конечно! Вот оно: пути, или цифры, могут быть разными.
– Пути разные, – задумчиво тянул Лис, – а принцип один. Понятно?
– Вроде да!
– Наконец-то дошло! Теперь тебе ясно, что по самому началу роста этого зерна я уже могу сказать, какое это зерно?
Я улыбнулся Лису, и сейчас же веки мои смазались самым восхитительным клеем на свете – клеем сна, и я повернулся в постели на другой бок.
Сквозь наползающую дремоту какое-то время я слышал, как Лис все еще пристает к своему зерну: «Ну! Будем расти или же нет?» – а потом уже все.
6Я лежал и думал, что в прошлый раз, с тем зерном, Лис был какой-то не такой.
Какой-то маленький, что ли.
И тут я понял: Лис был ребенком.
Это я понял из речи. Из того, как он строил предложения и какие употреблял слова.
Значит, Лис может менять свой возраст. Если у него вообще есть возраст.
«Надо бы его об этом спросить!» – подумал я, и в это мгновение на меня уставился глаз.
Желтый с черным зрачком. Он приблизился. Это был глаз совы. Но он не мигал. А потом из-под него высунулся раздвоенный язык.
Змея!
Я немедленно отпрянул, волосы встали дыбом, и я бросился бежать.
Эта тварь легко двинулась за мной.
– Лис!!! – орал я, и звук не шел из моей груди. – Лис!!!
Рот открывался, но крика не было. Я бежал по коридору. Длинному, узкому. И все время сворачивал в бесчисленные двери.
Она гналась за мной.
И по дороге росла. Это была уже большущая гадина. Двери она просто вышибала: бах! – и дверь в щепки. Бах! – веером в стороны."
"– Лис!!! – кричал я, потому что уже задыхался, не в силах бежать. Я обернулся и увидел голову этой дряни.
