Тени Ватикана плещутся в окна старой княгини. Под развязавшимися завязками маски Тонечка ловит дрожь и таинственность каждого нового выреза, когда она распутывает свои кудрявые шелковые волосы. Вокруг – мир монастырских стен и величественного храмового свода, а на самой поверхности – непостижимая сладость секретной истории в стенах этого строгого места....
– А что тут за склады?
– В Дождеве мебельная фабрика, довольно солидная, – проинформировала Тонечка, чувствуя себя старожилом. – Многие там работают. И еще стекольный завод, не такой, как в Гусь-Хрустальном, но тоже приличный. Настоящий советский хрусталь делает. Я тебе потом покажу бокалы! Сейчас все закрыто.
– А ты хорошие сценарии пишешь? – вдруг спросила Саша.
Тонечка искоса взглянула на нее. Теперь дорога поднималась в горку, идти было трудно.
– Мой муж говорит, хорошие, – сказала она осторожно.
– Иди ты! – не поверила собеседница.
– Точно тебе говорю! А что такое?
– Я тебе потом скажу, – пообещала Саша. – Есть у меня одна идея… Не то чтоб идея, но… мысль. Мы обсудим, вдруг она тебе понравится.
…Они поднимались к церкви и разговаривали, как старые подруги, которым наконец-то удалось встретиться и даже пару дней побродить по приятным местам.
У них есть только одно общее – покойная Лидия Ивановна, старая княгиня.
Тут Тонечка «перепрыгнула» совсем на другую мысль.
– Но ведь камея пропала, – сказала она. – И Лидия Ивановна не могла ее потерять! То есть могла, конечно, но это уж совсем невероятное совпадение! Такое даже в сценарий нельзя вписать!
Саша остановилась.
– Тонечка, – выговорила она и неожиданно сняла маску, – ну ты же не думаешь, что камею на самом деле взяла я?..
– Н-не думаю, – призналась озадаченная Тонечка. – А что? Ты взяла?
– Нет, конечно!.. Просто упырь сказал, что камею мог утащить тот, кто нашел тело! А я не брала.
– Ну, конечно, нет, – успокоила Тонечка. – Что ты вдруг занервничала?
– Потому что я не брала.
– И я не брала, – уверила та.
– Зато рисует гениально.
– Саш, мы не знаем, гениально он рисует или просто рисует, – сказала Тонечка с досадой.
