Автор
В глубинах Олимпа ждут каникулы самый могучий бог и его верный советник. Главные герои, под ударами шутовского закона Рандома, пытаются выжить в этом мире без порядка и справедливости. Судьба каждого зависит от капли случайности — а значит, каждый может стать жертвой или спасителем. Внутренние конфликты героев создают напряженную атмосферу, где каждое слово имеет значение, и судья Рандом оставляет неизвестным, кто же победит в этих кровавых каникулах....
* * *
— Нет, ну ты посмотри, что пишут: «Русские князья отжигают в Европе! Лазурное побережье переживает оргию века! Не пропустите!», — Николай Григорьевич Туманов поверх очков для чтения посмотрел на старшего сына. — Оргию века! — он поднял указательный палец вверх. — И это самый невинный заголовок. В других прямо упоминают, что Тумановы пользуют заморских принцесс, ещё и позы перечисляют.
— Ну, последнее — это же в плюс, наверное? — поинтересовался Тимур Николаевич, старший брат Игоря Туманова.
— Это позор! — строго заявил отец.
— Ну, жиголо — те, кому платят, а здесь платим мы… — неуверенно проговорил Тимур Туманов. — Да и недовольных отзывов от принцесс пока не приходило! А если удовлетворены, то и нам какой урон?
— Мне! Это причиняет непосредственный урон мне! — взорвался, наконец, Туманов-старший. — Этот недостойный отпрыск, смеющий называть себя моим сыном, своим поведением причиняет вред моей репутации.
— А за чей? — спросил старший сын, который в глубине души давно уже мечтал о красивой жизни, какая и должна быть у князей, и очень тяготился тем, что таковая у Туманова отсутствовала стараниями отца.
— А вот я не знаю! — Николай Григорьевич почти кричал, но понимал, что не на того надо срываться, а на Игоря.
— А деньги-то семейные на месте? — спросил Тимур, понимая, что встаёт на очень шаткую дорожку.
— На месте, — с таким видом, словно недоволен данным обстоятельством, ответил Николай Туманов. — Даже за операцию деньги вернул."
"— Тогда, может быть, пускай… — несмело произнёс Тимур, неосознанно втягивая голову в плечи. — Где-то раздобыл и спускает. Нам-то что?
— Я воспитал моральных уродов! — возопил Туманов-старший, обращая лицо к небу, а затем повернулся к сыну.
— Отец, — Тимур боялся говорить, но всё-таки пытался хоть как-то смягчить отца по отношению к Игорю, чтобы потом примазаться к брату. — Он же полгода лежал при смерти. Отчего бы теперь не погулять? Невеста, опять же, ушла.
