Эвелин не слышала ни о каких голодных бунтах в Корнуолле, но решила не спорить.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Сильно сомневаюсь, что вдове с маленьким ребенком следует жить одной среди безлюдных болот, как ты сейчас.
Эвелин помрачнела, тут же вспомнив угрозы Леклера.
Это мой дом! Нам больше некуда идти.
— Тебе стоит подумать о том, чтобы вернуться к своему дяде, хотя бы на время.
— Ты никогда не говорил ничего подобного! — вскричала она. Неужели ты хочешь, чтобы я переехала из-за того, что на тебя напали?
Его глаза вспыхнули.
— Я хочу, чтобы ты переехала, по причинам, которые я назвал, Эвелин. Он наконец-то взглянул на поднос с ланчем. — Вообще-то я действительно проголодался.
Эвелин никак не могла избавиться от ощущения тревоги — Джек явно пытался сменить тему. Но она заставила себя улыбнуться, что вышло довольно уныло, и спросила:
— Сможешь держать вилку и ложку?
Эвелин поставила поднос у его бедра, на кровати.
Джек пристально взглянул на неё:
— Я не ребенок. У меня и раньше случались синяки и ссадины.
Эвелин уселась на стул, скрестив руки на груди. Теперь она ещё решительнее была настроена узнать, что произошло и почему, и грозит ли им большая опасность, чем она думала.
Какое-то время Эвелин молчала, позволяя Джеку спокойно утолить голод.
— Ты помнишь, как тебя били? — наконец спросила она, надеясь, что сегодня, когда его сознание прояснилось, а боль поутихла, он вспомнит нападение и того, кто на него напал.
— Нет, — ответил Джек, не подняв взгляд от еды.
— А ты хотя бы предполагаешь, кто это сделал и почему?
— Нет. — Он отложил вилку, съев половину тарелки тушеной говядины. — Но я смутно припоминаю, что ты уже задавала мне эти вопросы. Ведь так?
— Да, ты ненадолго очнулся вчера утром. Я не верю тебе, Джек.
Он медленно расплылся в улыбке:
Эвелин не собиралась бросать ему вызов, но невольно надавила на него:
— Думаю, ты прекрасно знаешь, кто на тебя напал.
Джек настороженно посмотрел ей в глаза.
— Эвелин, даже если бы я знал это, ни за что не сообщил бы тебе. Когда мы были на моем острове, я сказал, что не хочу втягивать тебя в войну, и я имел в виду, что не хочу втягивать тебя в любую сторону своей жизни, которая может быть опасной.
Эвелин вспомнила, как настаивал Джек, что она оказалась в опасности, подслушав его разговор с Леклером, и подумала об угрозах дружка виконта. А теперь ещё и это жестокое нападение, которое явно не было связано с контрабандистской деятельностью Джека.
