— Да, вне всяких сомнений, я пришел в себя, — ответил он еле слышно, без улыбки.
— И ты, должно быть, чувствуешь себя намного лучше, если уже встал с постели.
Его взгляд был таким прямым, откровенным… Джек смотрел на неё так много раз тем вечером, когда они ужинали вместе, и той ночью, когда они стали любовниками.
Джек полностью повернулся к ней, взгляд его серых глаз скользнул от подноса, который держала Эвелин, до её ног, а потом вернулся к её лицу.
— Ты смотришь так, словно никогда не видела меня без одежды.
Эвелин вспыхнула. Войдя в комнату, она поставила поднос на стул, на котором просиживала часы у постели Джека. Она не собиралась отвечать на его замечание!
— Я не знала, что ты уже встал. Ты спал так крепко. Сейчас — три часа.
Неужели его тон был обольстительным? И определенно по-настоящему интимным! А она совсем растерялась и что-то в волнении мямлила. Почему же она так нервничала сейчас?
Казалось, будто они по-прежнему любовники.
Джек бросил взгляд в окно.
— Из этого окна можно видеть на много миль вперед. — Он отвернулся от окна, двигаясь медленно, с особой осторожностью, явно пытаясь избежать любого давления на ребра.
Подойдя к кровати, Джек схватился за спинку у изножья, словно ища опоры. Он вздрогнул и спросил: — Давно я нахожусь здесь?
Теперь их разделяла лишь спинка кровати. Эвелин чутко улавливала мощь присутствия Джека, он словно заполнил собой крошечную комнату.
— Джон Трим привез тебя сюда позавчера, незадолго до полуночи.
Он пронзил Эвелин глубоким взглядом:
— Я смутно помню, как лежал перед трактиром после нападения.
— Трим сказал, что ты потерял сознание почти сразу же после того, как потребовал доставить тебя сюда. Ты помнишь поездку в повозке?
— Нет. — В его взгляде появилась настороженность, глаза лихорадочно загорелись. — С тобой всё хорошо, Эвелин?
— С какой стати, бога ради, ты спрашиваешь обо мне? — встрепенулась она. — Тебя избили, Джек, и, кстати, крайне жестоко.
Он с подозрением сощурился:
— Тогда, как я понимаю, у тебя всё в порядке?
Не до конца понимая, что же Джек имеет в виду, Эвелин медленно произнесла:
— Да, всё в порядке.
Она подумала о вторгшемся в дом злоумышленнике, который угрожал ей, о том дружке Леклера. И решила, что расскажет Джеку об этом происшествии, когда он окрепнет.
— Тебе не стоило вставать с постели! — воскликнула она.
— Я проверял свои силы, — уныло ответил он. — А где мой пистолет? Мой нож?
Эвелин была огорошена. Судя по всему, даже малейшее движение причиняло ему боль.