— Пускай, — просто отвечает она, затем ее взгляд встречается с моим. — Мы справимся с этим так же, как и со всем остальным — вместе.
Я никогда не целовал девушку на глазах у своей мамы. У меня никогда не было кого-то, достойного того, чтобы поцеловать ее на глазах у моей мамы. Но с Лейкин она стоит целого чертова мира, и ничто не может помешать мне прижаться своими губами к ее.
Моя мама шмыгает носом, вытирая слезу со щеки. — Черт возьми, прости. Просто очень приятно видеть тебя таким счастливым.
— Я счастлив. Я проведу остаток своей жизни с кем-то, кто делает меня лучшей версией самого себя.
— Это все, чего я когда-либо хотела для тебя, — говорит она. — Поздравляю вас обоих. Единственный совет, который я могу вам дать, - запомнить это чувство. Держись за это и никогда не отпускайте.
Я притягиваю Лейкин к себе и целую в макушку. — Именно это я и делаю.
Входная дверь открывается позади меня, и моя сестра останавливается, когда видит, что мы все сидим за столом.
— О боже, — стонет Дев. — Кто сейчас умер?
Моя мама хихикает и кивает мне, чтобы я рассказал ей. Я оборачиваюсь, чтобы увидеть реакцию на ее лице. В одной руке она держит стаканчик из Макдональдса, а в другой - свой бумажник, и с любопытством смотрит на меня в ответ.
— Что?
— Как ты смотришь на то, чтобы иметь невестку?
Все тут же выпадает из ее рук, чашка проливается на пол, и она закрывает рот руками. Слезы заливают ее глаза, она смотрит на нас с Лейкин и взволнованно кивает.
В этот момент все настроение меняется. Тяжесть сваливается с плеч, и я наблюдаю, как мама и сестра обнимают Лейкин, требуя показать кольцо. Мне даже удается получить одобрительный кивок от Девин - хотя я уверен, что она частично приписывает себе наши с Лейкин заслуги.
Сопляк.
К тому времени, как мы выходим за дверь, я чувствую себя в миллион раз лучше.
— Видишь? — я спрашиваю Лейкин. — Это было не так уж плохо.
Она ухмыляется. — Ты шутишь? Это была просто тренировка.
Я забираюсь в свой автомобиль, а она садится с пассажирской стороны. Она смотрит на меня и понимает, куда мы направляемся дальше. И, возможно, мне не стоит забегать вперед, думая, что все будут рады за нас.
Лей ухмыляется, пристегивая ремень безопасности. — У тебя ведь есть завещание, да?
Черт."
"Ладно, может быть, она была права. Моя мама была для нас тренировкой. И все прошло очень хорошо. Но сейчас, когда я сижу здесь, глядя через диван на родителей Лейкин, мне кажется, что в этой комнате не хватает кислорода. Мои руки вспотели. Воротник кажется слишком тесным. Вполне возможно, что я сейчас захлебываюсь собственной слюной.
Все шло хорошо. Они были рады видеть нас обоих, когда мы приехали. Но напряжение начало расти, как только Лейкин спросила, можем ли мы все сесть и поговорить.