Властелин стоял на своем пути, но в дверь постучалась древняя сила — жажда приключений и огня. Здесь царят дикая смелость и бескомпромиссность: каждый шаг - игра с пламенем. Простая на первый взгляд внешность скрывает бренди, но не лед. Это война без правил — победителем становится тот, кто готов к решительным действиям. Я бы даже отдал флаг в этом масштабе событий, если бы не мой нечистый кров....
Девушка прищурила глаза, первым делом кинув на меня взгляд, полный ненависти и презрения:
— С каких это пор у тебя появилась сестра?
— Моя семья касается тебя меньше всего, — резко и холодно отозвался Райли, в этот момент мало похожий на себя, отчего поежилась даже я, а пыл девушки явно уменьшился.
Она боялась его потерять, хотя, очевидно, и понимала, что он никогда не был ее по-настоящему. Вернее, был ее только телом.
— Или одолжи, или я найду в другом месте!
— Хорошо, подожди!
Кинув на меня последний взгляд, в этот раз более осмысленный, в явных попытках отыскать в нашей внешности хоть что-то общее, чтобы успокоить себя, она снова вошла в дом, чтобы вернуться через некоторое время, отдавая Райли небольшой пакет со словами:
— Это новое.
— Спасибо. Утром верну в лучшем виде."
"Райли не попрощался, он уходил так, словно за ним гнались демоны, а девушка не знала, что ей сделать, чтобы он вернулся и поцеловал ее.
Странные, болезненные отношения, от которых становилось жутко.
Мужчина молча занял свое место, выкручивая руль и ни разу не посмотрев в сторону той, кто была близка ему и хотела этого снова и снова.
— Вот, держи. Завтра куплю ей что-нибудь другое, так что не переживай на этот счет.
Райли положил пакет на мои колени, и я неловко прикоснулась к нему, слегка приоткрывая, но совершенно ничего не понимая, потому что смогла увидеть только какие-то полоски из черной кожи и ничего больше.
— Кажется, она влюблена в тебя, — тихо проговорила я, краем глаза посмотрев на Райли, который в ответ только пожал плечами и, кажется, сначала не хотел говорить об этом, но в конце концов выдохнул:
— Она была моим партнером в клубе какое-то время. И успела привыкнуть ко мне.
Райли не был негодяем или плохим человеком, и его терзало то, что он не мог ответить девушке взаимностью. Но его сердце было прочно занято той страстью, болью и одержимостью, которые он испытывал по отношению к Селин.
— Я надеялся, что она придет в себя, когда наши встречи сошли на нет.
— Но стало только хуже?
— Да.
— И у тебя нет сестры?
Райли отрицательно покачал головой, добавив:
— Только старший брат. Ридли.
— Он живет с вами? — чуть нахмурилась я, пытаясь вспомнить, говорил ли о нем когда-нибудь Штиль, но на ум ничего не приходило. Кажется, я слышала это имя впервые.
— Нет. Рид старше меня. Когда умер папа, ему было восемь.
