Последний месяц уходящего года подарил Ренну первые снегопады. Серый рассвет омрачен был лишь первыми хлопушками в виде белой пудры, которые кружились над городом. Я одна из первых на улицах, и по-детски радуюсь оставлять свои следы на чистой снежной глади.
Желание его исполнилось, потому что в двери постучали, а после разрешения зашел Пепе.
– У нас останется гостья, – сказал Ален, допивая остатки пунша прямо из кувшина. – Она хочет уехать до рассвета. Устрой её на ночь и позаботься о лошадях и карете.
– Будет сделано, милорд, – ответил Пепе чопорно и распахнул двери пошире, давая дорогу женщине.
– Спокойной ночи, любимый, – прошептала Милисент, поцеловав графа и ласково погладив его по щеке.
– Спокойной ночи, – ответил он.
Оставшись один, Ален подошел к окну.
Почему-то в эту тихую ночь графу припомнились строки старинной сказки, в которой говорилось о многожёнце, которого после смерти ждал ад. И хотя никто не мог его слышать, Ален произнес вслух:
– Жил когда-то человек, у которого были прекрасные дома и в городе и в деревне, золотая и серебряная посуда, кресла, украшенные шитьем, и золоченые кареты.
Глава 6
Следующее утро после бала началось как обычно – я месила тесто для бриошей, выполняла заказы на бисквитные торты и марципановые фигурки. Всё вернулось на круги своя, как будто и не было вчерашнего сияния, блеска и прекрасной музыки.
Матушка ошиблась – ничего не изменилось после бала, на который мы возлагали такие надежды.
Констанца и Анна только и разговаривали, что о прошедшем приёме – бесконечно обсуждали, как и кто на них посмотрел, кто и как взял за руку, а кто из кавалеров что сказал – и каким тоном, со значением или без.
Констанца каждый день наряжалась в бальное платье и танцевала перед зеркалом, похваляясь серебряной булавкой с веточкой плюща. Анна тоже не отставала, хотя ей нечем было хвастаться.
В отличие от сестер, чтобы не травить сердце, я сразу по приезду домой спрятала свое воздушное рассветно-розовое платье в тканевый чехол и повесила в чулан. Пусть ничего не напоминает об иллюзорном великолепии, которое было, промелькнуло и прошло.
