Человек, пережший войны и легион, оказывается в ловушке собственного сознания. Море и пляж становятся сибирской каторгой, где нет выхода и спасения. Борьба за выживание в темницe разума - вот истинный враг, который нельзя победить оружием.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Каторжник»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Человек, пережший войны и легион, оказывается в ловушке собственного сознания. Море и пляж становятся сибирской каторгой, где нет выхода и спасения. Борьба за выживание в темницe разума - вот истинный враг, который нельзя победить оружием.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Человек, пережший войны и легион, оказывается в ловушке собственного сознания. Море и пляж становятся сибирской каторгой, где нет выхода и спасения. Борьба за выживание в темницe разума - вот истинный враг, который нельзя победить оружием.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— В тайге, мой необразованный друг, оне, конечно, и не нужны! Но стоит вам сунуть нос в любое место, где больше трёх изб и есть хоть один урядник — тут же с вас стребуют пачпорт или еще чего! И поедете вы обратно на Кару, опять в кандалах! — покровительственно объяснил Изя.
— А я не хочу в тайгу! — неожиданно взвился Тит. — Я кузнец! Мне бы к делу какому прибиться! Ежели, как говорят, губернатор всех мастеровых на Амур сослал, значит, по железу работа в цене должна быть! Я ж могу чего хошь сковать!
— Да ладно! — снисходительно хмыкнул Захар. — Чего ты распетушился? Чего ты можешь? Ты ж не кузнец, ты молотобоец, подмастерье!
— Да вот те крест! — разгорячился Тит, ударив себя кулаком в грудь. — Что хошь! Гвоздь, кочергу, подкову… Да я лошадей тут всем перекую, на одном этом озолотиться можно!
— Да ну, брось! — усмехнулся Софрон. — Кому ты нужен? Буряты коней отродясь не подковывали!
— Не подковывали — теперя будут! — упрямо отрезал Тит. — Жизнь меняется!
— С головой и руками везде прожить можно, это верно! — поддержал его я. — Тебе бы наковальню, горн, инструмент — отбою бы от работы не было!
— Эт да! Токмо где ж их взять… Ну, ничо, поденщиной какой заработаю, инструмент куплю! — уже увереннее заявил Тит, расправляя плечи.
— Простите, что прерываю ваш диспут, господа, — вмешался Левицкий, до этого молча наблюдавший за спором, — но не далее как два часа назад мы имели удовольствие прятаться в строении, оборудованном горнами. Тот балаган помните? Я заметил там и остатки мехов за стеной. Может быть, там можно было бы договориться и организовать кузню?"
"— Не, ваше благородие, не выйдет! — без тени смущения махнул рукой Тит. — Тот горн не такой. Он для легкого металла — то ли свинец, то ли серебро плавили. С железом там не управиться. И устье не то, и колокол, и фурма… Всё не наше, не кузнечное.
Слова Тита ударили как обухом по голове. Холодный… Колокол… Не тот, что звонит, а тот, что над горном! Молния! Ответ был так близко, всё так издевательски просто!
— Погоди-погоди… Как ты сказал? «Колокол»⁈ — Я схватил его за рукав.
— Ну да. Энто ж штука такая, над горном висит, жар собирает! — простодушно ответил он, удивленно глядя на меня. — Колоколом ее кличут. Не знаю, может, где и по-другому, а у нас так звали.
Не слушая его дальше, я с размаху хлопнул себя по лбу. Идиоты! Мы же были рядом!
— Разворачивай! — рявкнул я так, что кони шарахнулись.
— Чего? Куда? — Тит выпучил глаза, глядя на мое перекошенное от внезапной надежды лицо.
— Назад! Поворачиваем! Живо!
Снова пришлось нам, как ночным ворам, таиться до вечера в ближайшем перелеске. Я едва сдерживал нетерпение, расхаживая взад-вперед и грызя ногти.
