В семье Катрин царила тягомотная рутинность. Отец, вместо работы на скамейке возле подъезда, проводил часами курение и уборку дворовой территории, окурки и бутылки попадали везде как ни в чем не бывало. Его символическая зарплата от домоуправления приносила ему лишь минимальную выживальную поддержку, но даже это мало что меняло его образом жизни....
Кто-то что-то выкрикнул, и мир исчез, обернувшись темнотой. Сначала Катрин подумала, что это проблемы со светом. Но вдруг с ужасом осознала, что это не свет погас, а она ослепла.
Огромные столы переворачивались, и от их веса сотрясался пол. Вера одинаково легко метала и людей, и массивную деревянную мебель. В плечо Катрин влетел кто-то и, повалив её на пол, придавил собой. Туша весила прилично и тяжело пахла. Это амбре недельного пота, переваренного алкоголя и квашеной капусты действовало удушающе. Катрин попыталась выбраться из-под обмякшего вонючего тела, но это было не так просто.
Когда ведьмочка наконец смогла скинуть с себя придавившее её тело и попыталась встать, чьи-то руки снова схватили её под мышки и поволокли куда-то.
Губы ведьмочки начали произносить слова будущего заклинания, которое должно было разорвать сердце захватчика. Примерно на середине в голове Катрин раздался голос, который закричал: «Стой!», и Катрин, сама не понимая, почему, остановилась.
«Ты еще кто?» – Катрин не поняла, произнесла она эти слова или подумала.
«Вот, хватайся!» – голос проигнорировал её вопрос и направил её руку к дверной ручке. Девочка кое-как поднялась на ноги и нажала на неё.
«Я не могу уйти без Веры!» – кричала она, не зная, к кому обращается.
«Сможешь! Иди! Она справится без тебя!» – голос исчез.
Рядом с девочкой началась борьба.
