Исторический роман о казаках первой четверти XVII века. Запорожские воины нанимают опытного капитана, чтобы расширить свои набеги с северного побережья Черного моря на его южные берега. Перед героем встанет выбор между верностью казацкому братству и собственной честью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Казачий адмирал»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Исторический роман о казаках первой четверти XVII века. Запорожские воины нанимают опытного капитана, чтобы расширить свои набеги с северного побережья Черного моря на его южные берега. Перед героем встанет выбор между верностью казацкому братству и собственной честью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Исторический роман о казаках первой четверти XVII века. Запорожские воины нанимают опытного капитана, чтобы расширить свои набеги с северного побережья Черного моря на его южные берега. Перед героем встанет выбор между верностью казацкому братству и собственной честью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Боярин, не хочешь попробовать? — показав в улыбке беззубые десны, спрашивает меня один из курильщиков — пожилой казак, проведший на турецких галерах полтора года и лишившийся там, по его словам, передних зубов."
"— Бросил курить, — отказываюсь я, чуть не ляпнув, что курил двадцать лет.
— Забавное дело! — хвалит курильщик.
Казаки в большинстве своем долго все равно не живут, так что предупреждать о вреде курения я не счел нужным.
— Лучше кошевого атамана угости, — предлагаю я.
Петр Сагайдачный на баштарде. Там места больше и выглядит она, по его мнению, мореходнее. Я опять-таки не разубеждаю. Во время грабежа Каффы мы встретились в центре города, где кошевой атаман решил провести показательные казни пленников. Любимая казаками посадка врага на кол была не самым жестоким развлечением.
— Их обязательно убивать, причем так жестоко? — поинтересовался я.
— Они над нашими еще и не так издеваются! — очень эмоционально, будто и сам побывал в руках турецких палачей, произнес кошевой атаман.
— Жестокость делает человека великим, но великим преступником, — поделился я жизненным опытом.
После этого Петр Сагайдачный стал относиться ко мне еще подозрительней. Он плохо разбирается в людях, поэтому иногда совершенно безобидные слова принимает за намек на его несоответствие занимаемой должности и сразу зачисляет произнесшего крамолу во враги. Судя по тому, как на следующий день он избегал встретиться со мной взглядом, я удостоился большой чести. Что ж, мне не привыкать. Тем более, что награбленных денег уже хватит на начало жизни в более спокойном месте. Хотелось бы, правда, еще и на хороший корабль наскрести, чтобы не оказаться в кабале у ростовщиков.
На этот раз пошли в Сечь на всех галерах, включая баштарду. У кошевого атамана появилась идея осилить еще один поход, на этот раз на южное побережье Черного моря, к Трапезунду, который турки переименовали в Трабзон. Там нас не ждут, так что есть шанс, что примут галеры за турецкий военный флот и подпустят на опасное для себя расстояние. Из-за баштарды, которая из-за плохой поворотливости и неумелых рулевых несколько раз выскакивала на берег, шли дольше обычного. Неделя ушла на подсчет и раздел добычи.
Я отвез свою часть добычи на лодке домой. Там узнал, что Оксана родила второго сына. Решили назвать его Виктором. Это имя здесь пока не в ходу, но я надолго оставаться в этих краях не собираюсь.
К моему возвращению в паланке осталось тысячи три казаков. Остальные решили, что судьбу лишний раз напрягать не стоит, хватит и той добычи, что взяли в Каффе. Такой богатой не помнят даже самые старые казаки. Поэтому многие разъехались по городам и селам, чтобы в праздности и веселье провести наступающую осень и зиму, а по весне вернуться на остров Базавлук.
