Исторический роман о казаках первой четверти XVII века. Запорожские воины нанимают опытного капитана, чтобы расширить свои набеги с северного побережья Черного моря на его южные берега. Перед героем встанет выбор между верностью казацкому братству и собственной честью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Казачий адмирал»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Исторический роман о казаках первой четверти XVII века. Запорожские воины нанимают опытного капитана, чтобы расширить свои набеги с северного побережья Черного моря на его южные берега. Перед героем встанет выбор между верностью казацкому братству и собственной честью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Исторический роман о казаках первой четверти XVII века. Запорожские воины нанимают опытного капитана, чтобы расширить свои набеги с северного побережья Черного моря на его южные берега. Перед героем встанет выбор между верностью казацкому братству и собственной честью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В столице Оттоманской империи остался гарнизон в три тысячи человек, который будет охранять себя и, может быть, гарем султана и заодно его самого."
"Я тоже знал эти места, поэтому повел шхуну к молу на азиатском берегу в пригороде Стамбула, который сейчас назывался Уксюдар, а раньше был городом Хризополем. Сюда стекались товары с внутренних районов Малой Азии, а затем переправлялись на европейский берег, и здесь суда разгружали то, что надо было отправить в обратном направлении. Возле мола стояла тартана. С нее выгружали ткани, привезенные, скорее всего, из Сирии или Египта. Ткани отвозили в двухэтажный каменный пакгауз, построенный еще венецианцами. Я даже как-то собирался затовариться у них, но что-то помешало, не помню уже, что именно. К молу пакгауз выходил торцом, в котором была высокая дверь на первом этаже и низкая на втором, куда грузы поднимались в сетке на канате, пропущенном через блок, подвешенный к бревну, выступающему из стены над дверью. К тому времени на обоих берегах пролива трезвонило всё, что только можно, сообщая о беде, так что, завидев нас, экипаж тартаны, часть грузчиков и надсмотрщики с управляющим или хозяином пакгауза ударились в бега. Мы ошвартовались к молу впереди тартаны, носом по ходу движения. К нам сразу подошли грузчики, приняли швартовы.
— Казаки? — спросил, приняв носовой швартов, один из них, высохший, с впалыми щеками, наверное, туберкулезник.
— Они самые! — весело ответили ему с бака.
— Дождался, слава тебе, господи! — перекрестившись, произнес туберкулезник. — Теперь и умереть не страшно!
Мне было непонятно, зачем умирать, получив, наконец-то, свободу?!
На моле остались три джуры, чтобы вместе со мной присматривать за погрузкой, а остальные казаки отправились за добычей в дома по соседству с молом. Кстати, дома на самом берегу называются йали. Обычно они принадлежат богатым стамбульцам, которые проводят здесь жаркие летние месяцы. На тартане привезли хлопковые ткани веселых расцветок примерно с метр шириной и метров десять длиной, свернутых в рулоны. Их складывали на первом этаже рядом с другими дешевыми тканями. Половину первого этажа занимали парусина и мешковина, скатанные в толстые рулоны шириной метра полтора. На втором этаже хранили дорогие ткани: шелковые, шерстяные, льняные.
