В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
— Слушаюсь, ваше высокопревосходительство, — капитан склонил голову в коротком офицерском поклоне.
Генерал вышел в коридор, аккуратно прикрыв за собой дверь, и Гриша, повернувшись к Залесскому, спросил:
— А откуда стало известно, что их именно похитили, а не грабители напали?
— Пролетку обнаружил городовой и тут же начал проводить дознание. Установив, чей это экипаж, он сразу телефонировал мне. Пару раз нам приходилось с ним сталкиваться. Толковый, честный полицейский. Ну, насколько это возможно при такой службе, — грустно улыбнулся Залесский.
— Ваша семья гуляла без всякой охраны?
— Возница мой человек. В годах, но с большим опытом. Да и не принято так поступать, — ответил Залесский.
— Он, случаем, слежку за ними не замечал?
— Не было, — уверенно заявил капитан. — Уж это он бы сразу заметил.
— Выходит, нападавшие точно знали, куда они поехали, и успели устроить засаду.
— Выходит, так.
— А кто еще об этом знал?
— Мой ординарец, секретарь и лейтенант Радомыльский.
— Давно он у вас служит?
— Полгода. Переведен из княжества Финляндского. Погоди, ты думаешь…
— Я пока только слушаю, — вздохнул Гриша. — Да уж, пришла беда, открывай ворота.
— Это понятно, — скривился Залесский.
— Верно. Понятно. Только не забудь, что сделав, как они хотят, ты девочек своих приговоришь. Видаки нападавшим не нужны.
— Ты что несешь?! — подскочив к парню, капитан попытался ухватить его за грудки, но Гриша, одним стремительным движением перехватив его запястья, крепко сжал пальцы.
— Правду я говорю, Петр Ефимович.
— Зачем тебе это? — не понял Залесский.
