В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
Дядька потом подберет, — приказал Гриша, быстро осматриваясь.
Ухватив обоих бандитов за шкирки, словно котят, Семка уволок их в сторону и, достав из кармана куски сыромятного ремня, ловко связал обоих.
Пока он возился, от Невы под мост въехали карета и пролетка. Из пролетки выскочили четверо мужчин и, быстро разделившись, разбежались в разные стороны. Из кареты не вышел никто, но возница, оставшись на козлах, принялся старательно осматриваться.
— Семка, на коня. Это они, — свистящим от напряжения шепотом приказал Григорий.
Выскочивший из кустов казак одним прыжком оказался в седле. От его толчка даже здоровенный жеребец покачнулся.
— Готов, Гриш, — доложил Семка, быстро разобрав повод чуть подрагивающими от волнения пальцами.
— Едем шагом, не торопимся. На карету и пролетку не смотрим. Делай вид, что мне что-то рассказываешь. Шагов за десять до них дружно смеемся.
— Не понял, Гриш, а смеяться-то зачем?"
"— Затем, что ты мне что-то смешное рассказываешь. Пусть они так думают, — пояснил Григорий, направляя коня вперед.
— Так я это, смешного-то и не знаю, — продолжал недоумевать здоровяк.
— Семка, я тебя сейчас сам пристрелю, — чуть не взвыл Гриша. — Сказал же, пусть они про нас так думают. А что мы тут на самом деле говорим, не важно.
— Да как же не важно-то, Гриш? Дело-то серьезное.
— Семен, успокойся, — помолчав, вдруг посоветовал Гриша, внимательно посмотрев на напарника. — Это у тебя от волнения так. Просто делай, что должен. А дальше, как Бог рассудит.
Григорий говорил, сосредоточенно глядя гиганту в глаза. Содрогнувшись всем своим огромным телом, Семка неожиданно обмяк и, тепло, улыбнувшись, сказал:
— А ведь ты вправду колдун, Гриша.
— Пластун я, а характерником пращур мой был.
— Все одно колдун. Меня даже батька унять не может, а ты просто глянул, и всё. Словно в иордань на Крещенье окунулся. Сначала мороз до нутра, а потом тепло, как дома на печи. Точно колдун. Едем, друже. Все, что скажешь, точно сделаю. Не подведу, — весело рассмеялся казак, тряхнув поводьями.
* * *Машину капитана Гриша увидел сразу. Чуть придержав коня, он тихо бросил приятелю, не поворачиваясь:
— Готовься. Как выведут девочек, начинаем.
— Я понял, Гриш, — ответил Семка, улыбаясь, словно заморский зверь крокодил.
Автомобиль Залесского остановился на другой стороне канала. Прямо напротив кареты. Из кареты вывели женщину и двух девочек и, обступив со всех сторон, подвели к перилам канала.
