Аватар Ивана Кочуева в Аду не был сердитым солдатом или монахом-проповедником — он стоял в легкомысленной, почти праздничной атмосфере. Не казачьи марши и не трепетные псалмы звучали у него над ушами, а шуточное дыхание веселья и беззаботности.
Как вы помните, с домом Рона Хаббарда у неё лихо получилось, здесь сработала та же схема. Хотя и более упрощенная по сути…
Иван пришёл в себя на пару минут позже, чем трудолюбивый Ганс. Тот, освобождённый от наручников, уже вовсю помогал «самке» выводить летающую тарелку на орбиту. Они стартовали почти в тот же миг, когда охрана, набравшись храбрости и воодушевившись по максимуму, решилась всё-таки заглянуть в ангар.
— Ушли, — задумчиво проворчал старший, глянув вслед уплывающему судну беглецов.
— Кроме автопилота, — с ужасом догадался кто-то из младшего состава. — Военная косточка!
Все успели выместись вон за секунду до того, как восемь летающих тарелок на полную мощь запустили дюзы. Взрыв был компактным и красивым…"
"— Лихо их разнесло, — уважительно признал бывший подъесаул, сбивая фуражку на затылок, даже не спрашивая, чьих это рук дело. — Капремонта месяца на два, нанимать узбеков и молдаван не рекомендую, а так… И погони не будет, и хозяевам есть чем заняться!
Ганс уверенно вел летательный аппарат по бескрайнему космосу.
— Рахиль, я…
— Тсс! — вовремя поднял пальчик к губам заботливый Ганс.
Молодой человек не сразу понял, что его любимая не просто развалилась в кресле второго пилота, а безмятежно спит от усталости, нервов, переживаний и осознания честно выполненного долга. Док, словивший в общем мордобое аж три шприца, дрых там же, где его бросили. Притихший подъесаул перебрался поближе к Гансу, шёпотом объясняя ему, куда и зачем они должны выбраться.
А нежно посапывающая представительница богоизбранного народа в это время вовсю смотрела красивый сон.
— Таки я могу рассказывать долго, но кончилось всё тем, что я его полюбила.
