Аватар Ивана Кочуева в Аду не был сердитым солдатом или монахом-проповедником — он стоял в легкомысленной, почти праздничной атмосфере. Не казачьи марши и не трепетные псалмы звучали у него над ушами, а шуточное дыхание веселья и беззаботности.
— Мы ведь оба дети Холмов, нас связывали древние узы, а ты поднял на меня руку из-за каких-то людей… Неужели они тебе дороже, чем зов крови?
— В моей крови нет твоего зова, — постепенно приходя в себя, ответил вечный бродяга. — Эльфы не знаются с оборотнями, и я защищал тех, кто мне дорог. Уходи. Не заставляй меня убивать тебя ещё раз…
— Ты думаешь, это возможно — убить мёртвого?! — с каким-то кашляюще-лающим смешком уточнил волкодлак. — Сегодня мой день, я ждал этого момента очень долго…
Безоружный Миллавеллор отважно заслонил спиной спящих друзей и сурово сдвинул брови.
— Мне нужны не они… Теперь мне нужна только твоя жизнь, предатель…"
"— Подъём! Тревога! Враг у ворот наших! — в полный голос завопил отважный фанат популярной трилогии, но…
Ответом ему послужило лишь трогательное посапывание безмятежно дрыхнущей парочки. Молодёжь слишком утомилась за последние два дня, сейчас их не пробудили бы и легендарные трубы Иерихона! Храбрый эльф побледнел…
— Настал час расплаты, брат, — широко улыбнулся оборотень.
Его звериный прыжок был стремителен и полон хищной грации прирождённого убийцы. Бывший толкиенист увернулся отрепетированным танцевальным пируэтом, говорящим о хорошей практике в деле увиливания от тумаков. Миллавеллор попробовал было схватить винтовку Рахили, но даже во сне израильская военнослужащая держала оружие крепко-накрепко, не отнимешь. Времени на вытаскивание златоустовской шашки у беззаботного подъесаула оборотень уже не дал.
— Ты умрёшь, брат, — вновь и вновь бросаясь в атаку, хрипел волкодлак.
— Сегодня не тот день по китайскому гороскопу, — отмазывался остроухий, подхватывая с земли ближайший булыжник.
Но, видимо, камнеметание не входило в список его редких талантов, оборотень легко увернулся. Поединок затягивался… Курящий эльф с посаженными лёгкими начал сдавать уже на четвёртой минуте, было ясно, что он не выдержит ритма.
Для волка-оборотня настал звёздный час, сделав два ложных броска в стороны, он заставил противника метаться и в одном прыжке, тяжёлым ударом передних лап сбил его на землю. Дико треснувшись затылком, Миллавеллор едва не потерял сознание. У него потемнело в глазах, словно огромная тень накрыла небо и землю…
— Я ещё никогда не пробовал крови древних…
— Подавись, — храбро зажмурился тощий эльф, услышав в ответ лишь удовлетворённое хихиканье.
