Что-то она сказать может, иначе бы ходила как великая немая!
— Я не собираюсь тратить свое время на эту девицу под клятвой, Виве. Знаешь сколько получают искусные палачи? Сто монет полновесным золотом каждый месяц. Но даже им требуется не одна неделя, чтобы научиться спрашивать человека под клятвой так, чтобы вытащить из него информацию и не довести его до смерти. У меня столько времени нет.
Я понимала, правда. Аш, подобно любому серьезному зверю, собирался вычислить главного хищника и завалить одним ударом. Ему не было дела до маленьких исполнителей.
— А на что ты собираешься тратить время? — спросила хмуро.
— Уже потратил, — Аш равнодушно пожал плечами. — Взял тайно портальный камень у своего канцлера и немного пошалил у ифритов. Очень скоро, главные лица заговора соберутся прямо здесь, в этом замке. Поэтому освободи плац, если не хочешь, чтобы Гнездо пострадало.
Спасибо, что сказал, Аш.
— Ты расскажешь о своих планах? — на мое, между прочим, Гнездо.
Видишь ли, Аш, когда ты последний раз был в боевом режиме, был раскуроченный целый дом, а мои дракониры во главе с Дарко, до сих пор не вернулись. И это ты еще не в форме был.
Боже, мое милое Гнездышко…
Аш, чуть поколебавшись, положил руку мне на щеку, скользнув пальцем по губам:
— Скажу, когда понадобиться.
Мне очень хотелось схватить его за плечи и как следует тряхнуть. Заставить рассказать о своих планах, но… я не могла позволить себе поссориться с Ашем. Особенно теперь, когда он знал о Забвении.
— Как ты оказался в Леяш? — спросила тихо.
Аш усмехнулся, не отводя глаз, и промолчал. Второй вопрос задала, когда поняла, что он не ответит:
— Тогда почему веришь канцлеру? Ведь должна быть причина!
— А почему я должен верить тебе? — в голосе Аша прозвучало что-то новое. Злое. Отчаянное. Похожее на выстрел, направленный в собственный висок.
— Почему я должен поверить именно тебе, Виве, а не людям, которые прошли со мной самые сложные годы? Разве не тебе…
Аш с видимым трудом оборвал речь, но я успела его понять. Разве не мне проще всего договориться с ифритами, налить ему зелья, сделать рабом. Уж эта версия звучала куда лучше. Разве что мое доблестное спасение Аша от яда Арахны выбивалось из теории.
Точнее, пока выбивалось. В конце концов, все на свете можно объяснить.
Настала моя очередь молчать. Доводить конфликт до открытого противостояния было не в моих интересах.
Устав играть в перегляде, Аш снова повалил меня на постель и принялся целовать. И в отличие от слов, в его руках была невыразимая нежность.
На этот раз мы занимались любовью в полном безмолвии, глядя друг другу в глаза в серой рассветной хмари.
Когда стрелки часов остановились на четырех утра, Аш рывком поднялся и без затей, расчесав черное полотно волос прямо пальцами, стянул его лентой.