В дремавшем полумраке виднелись лишь черные фигуры вооруженных солдат, когда ветер срывал их рвущиеся шлемы и балаclоны. Вечерело. Где-то на севере собиралась гроза, там набухали зловещие лиловые тучи, громыхал гром, над горизонтом то и дело возникали короткие вспышки молний. Капитан Шубин обходил разведроту, оглядываясь на чью-то бдительность в этот мирный час....
И расскажу всю эту историю командующему фронтом. Я ему докладывал, что у меня такой отчаянный разведчик есть, прямо под носом у немцев все их секреты узнал. И Георгий Константинович, думаю, помнит фамилию Шубин. Пойдешь вместе со мной к комфронта?
Свистунов растерялся и вроде бы даже стал меньше ростом. Вообще-то сотрудники Смерша никого не боялись, даже с генералом могли говорить свысока. Но на фронте все знали крутой нрав генерала Жукова, знали, что он не боится спорить с самим Верховным главнокомандующим. К тому же в позиции Свистунова имелся изъян: ведь он так и не заставил Шубина подписать признательные показания.
– Зачем же вместе? – пробормотал он. – Я лучше потом… отдельно…
– Вот как? – презрительно процедил сквозь зубы Рейтер и снова повернулся к водителю: – Ты почему еще не выполнил приказ?
Молодой водитель, как на пружине, запрыгнул в кузов, достал из кармана нож и перерезал веревки на руках Шубина. А потом помог ему слезть на землю.
– Давай сюда его «дело»! – потребовал Рейтер у Свистунова.
– Но… – начал мямлить тот.
– Давай дело, или я о твоих «подвигах» на самый верх напишу! – пригрозил генерал.
Больше ничего не возражая, особист полез в свой портфель и достал «дело», заведенное на Шубина. Рейтер бегло просмотрел его, затем взял своими железными пальцами за края – и порвал папку пополам, а затем еще раз пополам и еще раз. И выбросил клочки.
– Вот цена твоих «подвигов», капитан! – сказал Рейтер. – Ты бы лучше настоящих немецких шпионов ловил, как вот в 30-й армии поймали одного субчика. Все, чтобы я больше тебя не видел!
– Садись, Шубин, – приказал он разведчику.
Капитана не надо было приглашать второй раз. Он сел в машину, и она тотчас тронулась с места.
– Значит, он тебе ту геройскую разведку в вину поставил? – спустя некоторое время спросил генерал.
– Так точно, товарищ генерал, – ответил разведчик. – Больше-то у него ничего не было…
Надо сказать, говорить Шубину было трудно: после случившегося его била крупная дрожь.
Макс Рейтер на это ничего не сказал, только покачал головой. Они уже подъехали к штабу армии в деревне Ручьи. Вслед за генералом Шубин вошел в помещение штаба. Рейтер провел его дальше, в комнату, которую занимал он лично. Достал из шкафа бутылку водки, налил полный стакан и подал разведчику.
– Пей, – сказал он.
